"О чем танцуют ИКСовцы?"

Валерия и Андрей Рыжовы
"О чем танцуют ИКСовцы?"

То, что искусство занято нашими кошмарами, свидетельствует о непонимании первоосновы истины.
Л.Аронзон


      Современный человек находится под воздействием внешних сил, ставших сегодня гораздо разрушительнее, чем раньше. Они одновременно и давят, и растягивают его в разные стороны. Человек становится всё более раздробленным, несбалансированным, несобранным. Для выполнения даже обычных рутинных действий, требуемых социумом, расходуется огромное количество энергии и силы. И это состояние человека находит отражение во многих современных видах "искусств". Эти "искусства" развлекают, расслабляют, однако при этом неизбежно ещё сильнее закрепляют человека на его фиксированной орбите и разводят друг от друга в сто-роны части его "я". Обратимся к танцу, как к частному случаю.
     Танцевальное искусство сегодняшнего дня не является исключением. В наши дни танец превратился в спорт, гимнастику и шоу - главным критерием оценки качества танца стали техника исполнения, зрелищность и эффектность. Погоня за оригинальными сложными формами сделала танец сухим и механичным. Содержание танцевальных шоу - это, в основном, субъективные, достаточно банальные переживания исполнителей, воз-буждающие лишь подобные автоматические реакции зрителей. Круг замыкается, когда танцовщики получают благодарность зала. Все довольны: актеры тем, что несут "высокое и вечное" людям, а зрители - тем, что "при-общились". К сожалению, подобное приобщение не поднимает над плоскостью обыденности ни тех, ни других, - хотя такое желание есть у многих. А испытанный эмоциональный подъем является лишь намеком на огром-ный спектр возможных высоких состояний, не доступных нам в обычной жизни. В танцевальных классах за-нятия по большей части ограничиваются тем, что танцовщики добросовестно заучивают сложные движения и позы, запоминают порядок исполнения и потом "присоединяют" к танцу расхожие узнаваемые эмоции. Ка-кими бы профессиональными ни были исполнители, они обычно никогда не идут вглубь танца, оставаясь "на поверхности тела".
         На какое-то время альтернативой профессиональному балету и бальному танцу стали группы танце-вальной импровизации и свободного танца. В большинстве подобных групп работа ведется и с телом, и с лич-ностными структурами. Во время занятий предлагается раскрепостить личность, ослабить напряжение, уда-лить психологические блоки и зажимы, зафиксированные в теле, и - выразить себя (то есть проявить те или иные фрагменты личности), что практически всегда сводится к выбросу скопленных в человеке эмоций и реак-ций. Предполагается, что если человек будет "доверять себе, своим чувствам и эмоциям", то станет свободным и спонтанным. Но на иллюзорность такого подхода указывал еще Г.И. Гурджиев: "любое наше движение, про-извольное или вынужденное, представляет собой бессознательный переход от одной автоматической позы к другой, а из всех возможных поз человек выбирает именно те, которые соответствуют его личности, и, как не-трудно заметить, этот репертуар вынужден быть весьма узким. В итоге все наши позы являются механическими производными". В полном соответствии с приведённой цитатой можно наблюдать феномен механической им-провизации. Под импровизацией при этом понимается такой процесс, когда в произвольном порядке выбира-ются запомненные телом стереотипы движения, которые механически складываются из случайных, автомати-ческих мыслей и эмоций. Часто на этом и останавливаются, но бывает, что предлагается выработать новые сте-реотипы движения…
        Достичь состояния покоя, удерживаться на глубине пребывания длительное время довольно сложно - постоянно мешают накатывающие психо-эмоциональные волны, увлекающие танцора то в одну, то в другую сторону. Этот этап важен тем, что именно во внутренней пустоте, тишине зарождается звук, движение, дейст-вие; из "ничего" появляется нечто. Для культивации и наработки этого состояния используются очень простые движения и жесты, сложность заключается лишь в способе их выполнения: приходится все время выверять ка-ждое движение, стремясь к тому, чтобы оно соответствовало достигнутому состоянию, являясь его проявлени-ем и продолжением. Танцора всегда подстерегает опасность незаметно для себя соскользнуть к самопроиз-вольным реакциям личности и привычным механическим стереотипам движения.
         Длительные попытки закрепиться на достигнутом рубеже вырабатывают у участников способность обнаруживать особые внутренние импульсы, вызванные активизацией сущности. Рождается первый танец… Поначалу он выглядит странно и неуверенно, человек будто учится ходить, он будто вновь открывает для себя простые жесты - шаг, подъем руки, поворот головы, наклон... Но постепенно танцовщик становится увереннее и действительно движется свободнее, несмотря на жёсткие ограничения обязательных упражнений. На этом этапе появляется возможность глубже задействовать сущностные энергии и усиливать трансформирующие пе-реживания с помощью танца: рожденные жесты и позы способны помочь исполнителю двигаться в направле-нии пограничных состояний. Конечно, движение от внешнего человека к внутреннему связано с трансформа-ционным опытом, который можно получить в результате особой длительной работы, не сводя её только лишь к овладению навыками концентрации и владения телом. Интенсивное взаимодействие с сущностными энергиями участников группы, вероятно, является необходимым элементом такой работы. Человек, опирающийся на соб-ственную сущность, удивительно красив и силен в своей чистоте и открытости.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить