Валентас Мураускас "Пространство"

6.ПРОСТРАНСТВО


6.1. Феномен пространства связан с самым первым актом осознания. Осознание вне пространства невозможно. Активность Знания через познавательность творит пространство как фундамент и простор осознания. Качества доступного осознанию пространства, являясь первичной логикой осознания, создают видимость законов. Даже самое пустое пространство всегда прячет в себе логику осознания. Развитое осознание начинает рассматривать свой фундамент - пространство. Однако слезть с него для лучшего обозрения самого себя не на что. Это придется учитывать при открытии в себе Знания.
6.2. Пространство сначала воспринимается вместилищем процессов и нас самих. Оно кажется неотъемлемым и бесконечным атрибутом Вселенной и никак не связанным с осознанием. Несмотря на то, что старые традиции знания говорят совершенно другое, их знание не достигло нашей культуры из за неадекватности переводов. Видимо не нашлось переводчика одинаково глубоко постигшего эти разные культуры.
Так и получается, что под более пристальным взглядом в механизме осознания остается только пространство и познавательность во времени. Но пространство оказывается более универсальным, чем его рисует наука. Известно, что физика одновременно доказывает и причинность материального макромира и вероятностную основу этой причинности на уровне элементарных частиц. Однако, для построения научной модели мира мы выбираем только причинность, да еще и абсолютную. У нас не возникает сомнения в непогрешимости и первичности физической картины мира, пока все наше внимание полностью "захвачено" материальным аспектом мира. Полностью отождествившись с научной моделью мира мы уже не в состоянии отличить модель от реальности и свое я от тела. Только внимание, в своем развитии преодолевшее узость фокусной установки направленной на элементы причинно - следственной цепи трехмерной модели, способно собрать не умещающуюся в физической картине мира коллекцию беспричинных событий и видений. Многие начинают улавливать связь между изменениями состояния сознания и изменениями воспринимаемого пространства, и наоборот. Уловив эту связь, меняя форму и направленность внимания, меняем состояние сознания и, тем самым, осознание реальности. Аналогичного результата достигают принудительным изменением параметров физиологических процессов, наркотическими средствами. Появляется трещина между научной моделью мира и собственным опытом. Субъект - объектные отношения начинают покрывать мгла дополнительного восприятия, которое не находит себе места в уже изученном пространстве. Внимание все больше перераспределяется в открывающуюся глубину за временами приобретающей прозрачность событийной картиной мира. Как блики улавливаются совершенно неочевидные и даже невозможные, с точки зрения обычного сознания, связи и смыслы. Начинают проявляться цепи параллельных происшествий, отражающих стоящее за ними нечто единое. Формируется уверенность в существовании взаимозависимости между состоянием внимания и видимостью мира. Позже оказывается, что в этой забавной системе переливающихся сосудов находятся форма внимания, восприятие пространства, объем осознаваемого, восприятие себя и бытия, восприятие времени, уровень открытости миру, уровень внутренней тишины, размытость границы я - не я, темп локального времени осознания, интенсивность чувства любви и т.д. Оказывается, изменения, произошедшие хоть в одном из них, отражаются на всех остальных. Это изобилие вторичных признаков одного "пропроцесса" и порождает видимое изобилие путей к Знанию. На деле все они путем тренировки внимания ведут к расширению восприятия пространства и, как следствие, к открытию изменчивости отношения ко времени, так пытаясь разорвать заколдованный круг навязчивого восприятия врожденного трехмерного мира.
Вот на этом этапе пространство, служившее для определения расстояния и структуры, начинает раскрывать нечто более глубинное, чем его трехмерная бесконечность. С детства неминуемо научившись отдавать предпочтение познанию мира через свои органы чувств, не так просто перевести внимание на непосредственное восприятие, отстроившись от несмолкающего града чувственной информации. Так начинается открытие нечувственного восприятия. Больше всего поражает неразделенность его на разные аспекты восприятия, такие как зрение, слух, вкус..., хотя поначалу мы усиленно втискиваем воспринятое в рамки стереотипов чувственности, подчиняясь логике знакомого пространства. Но именно всеобъятность иномерного или иновременного восприятия ставит первый, почти непроходимый барьер для эволюционного продвижения. Истерическая попытка интеллекта обычным образом обработать приходящее "видение" его или уродует, придавая форму восприятия органов чувств, или оставляет за бортом осознания. Так что "оформление" приходящего Знания в знакомые образы - это всего лишь результат ошибочного "узнавания" в недрах нашего интеллекта. Процесс овладения нечувственным восприятием напоминает постижение мира младенцем, только с тем осложнением, что сначала приходится учиться временно забывать пропитавшую нас видимость чувственного мира. Потом, окрепнув альтернативному нечувственному восприятию, придется учиться их объединить. Поэтому сказки о мгновенном просветлении - всего лишь сказки. Неожиданное переключение восприятия, если удается избежать мгновенной деструкции сознания от шока, несет только впечатления о встрече с неизвестным, беспредельным, могучим и "своим". Спонтанные или вынужденные переключения внимания на иные трехмерности с другим временем не сильно разрушительны, эмоционально захватывающие, но они не несут принципиального скачка возможностей осознания. Примером может быть сон. Все видят сны и поэтому знакомы с иной логикой осознания. Но пока сон для нас остается синонимом иллюзии, мы не способны даже начать его исследование. Тем не менее, многие традиции "сознательный сон" считают серьезной ступенью в развитии осознания. Для шаманских культур сны - не менее ценная составляющая жизни чем бодрствование. Лишь единицам удается совместить и объединить два осознания параллельно. Но только два параллельные восприятия при помощи разделенного внимания способны указать на то, что человек обладает возможностью не отождествится ни с одним из них необходимых, а наблюдать происходящее. Иногда подобное наблюдение называют открытием "щели" между восприятия. Эта "щель" - открытие и осознание пространства увеличенной размерности. Сложность усугубляется еще и тем, что интеллект, сопротивляясь "отстранению от должности" Бога трехмерности, потерявший управление и ориентацию, в смертельном испуге пытается сорвать "стоп кран". Если не готовить интеллект, восприятие иного мира он трактует как схождение с ума. И он не ошибается.
6.3. Множество великих искателей в попытке описать трудно выражаемый словами опыт расширенного осознания реальности применяет термин "иного измерения". Применяется этот термин в аллегорической форме, чтобы подчеркнуть иное содержание известных понятий. Но, как видим, возможно и дословное понимание их высказываний. Причем такая интерпретация придает более глубокий смысл высказываниям разных авторов.
6.4. То, что обычно называют витальными, астральными и ментальными мирами или пространствами с воспринимаемой чувственной атрибутикой нашего мира, обычно есть восприятие отдельных, соответствующих локальному времени осознания искателя, других близких нашему трехмерных "срезов" реальности. Заметим одно - любое из этих видений Реальности всегда остается трехмерным, т.е. применяются близкие по сложности алгоритмы осознания. Достигается это волевым сдвигом или переносом "центра тяжести внимания", воспринимающего я между общеизвестными областями физического тела. При достаточно полном переключении внимания возникает завораживающее внутреннее зрелище, способное помочь увидеть и осознать другие, незнакомые аспекты собственного я.
Но обычно открывшиеся миры надолго, если не на всю жизнь, уводят искателя в одинаково бесцельные и увлекательные странствия. Интеллект давится открытиями, информацией и объяснениями. Такое восприятие представляет собой синтез чувственного оформления и нечувственного восприятия другого аспекта реальности. Но он всего другой, да еще в неузнаваемой интерпретации. Это сдвиг осознавания, а не его расширение. Так рождаются произведения типа "Тайная доктрина" Е. Блаватской или "Роза мира" Д. Андреева и им подобные. Не сомневаясь в искренности этих авторов, следует не забывать дошедших до нас столь авторитетных предостережений об ограниченной полезности "ближайших" миров для личной эволюции.
Чаще всего подобные взаимодействия преподносятся как ощущение наших менее плотных, взаимосвязанных с физическим тел. На таком взгляде основано много методов открытия иных миров. В зависимости от цели, чаще всего эти миры преподаются чем-то божественным или дьявольским, много реже - средством или ступенькой развития. Сложность, вызванная открытием других своих материальностей, форм или тел, состоит в том, что осознанное их открытие неизбежно усиливает взаимное влияние. Сознание укрепляется, как общий для всех видений объединяющий фактор.
С другой стороны, все эти формы я далеки от гармонии и Знания почти так же, как и наше физическое тело. Более того, они обладают некоторой своей инерционностью осознания, знакомый аналог которой в нашей трехмерности есть интеллект и его алгоритм действия - причинно - следственная логика осознания нашего мира.
Начинающееся активное взаимодействие между я разных осознаний, с одной стороны, может помочь убрать мешающие факторы физического уровня, пользуясь иными своими компонентами. Но, с другой стороны, ошибки одного осознания вдруг начинают "беспричинно" фонтанировать на других. Голод действия и силы на фоне самости может втянуть в попытки преднамеренных влияний на окружение, окружающих, собственные качества. При этом следует не забыть, что действие порождает противодействие. Слепая активность на авось, без цели достичь Знание, приносит вереницы ошибок и лавину "случайностей". Такие ошибки учат не делать лишних движений, а учиться объединению всех доступных восприятий в одно интегральное. Начинается открытие области активности, производящей лишь чистое (от я) творчество. Приходит знание и ощущение всеобщей взаимосвязанности, вымывающее я до следующей фазы прозрачности. А прозрачность я и прозрачность картины мира - это два конца одной палки.
Если ранее упомянутый первый уровень стабильности осознания обеспечивает интеграцию активности своих физической, эмоциональной и умственной компонент, то этот уровень стабильности обеспечивается интегральным восприятием себя как существа с потенциально бесконечным числом своих параллельных проявлений. Но это уже начало открытия следующего уровня сложности реальности - четырехмерности. Это уже не видение поверхностных причин психологического плана, обеспечившего непрерывность (ценностной структуры) я и стабильность восприятия трехмерности, а возможность интегрировать опыт разных своих материальностей и миров, как бы громко это не звучало.
Вышеупомянутые предупреждения о малой полезности "ближайших" миров, видимо, говорят об их равнозначности и бесполезности в случае полного погружения в какой-то из них. В этом контексте личная эволюция - это интеграция накопленного опыта и, благодаря этому, вырастание из осознанного. Это открытие и обживание (вернее, нахождение себя там) все усложняющихся структур пространств и времен.
6.5. Наш трехмерный мир - нам долго кажется частью взаимосвязанной бесконечной вселенной, в которой нет ни одной полностью отдельной частицы. Все и каждое зависит от всех и каждого других. Физика по этому поводу говорит: волновые функции частиц перекрываются с волновыми функциями всех остальных частиц вселенной. Это ни у кого не вызывает сомнения, но ограниченным интеллектом воспринимается как технологически неразрешимая задача, которую следует упростить. Так, из-за ограниченности возможностей интеллекта мы способны учитывать только одно, два, с трудом 3-5 взаимодействий. Мы просто вынуждены подогнать сложность алгоритма осознания под возможности своего дорогого интеллекта. Так отсекаются вероятностные хвосты слабых, но не нулевых влияний. Как показывают достижения технологической цивилизации вполне возможно создание модели реальности учитывающей только самые сильные взаимодействия. Языком сегодняшней науки мы только общими словами можем говорить о полной всеобщей взаимозависимости. Решения такого уровня сложности задач возможны только безликими статистическими методами вероятностного исчисления неприменимыми к конкретному случаю. Статистика на конкретный прогноз неспособна. К тому же картина нашего мира нарисована на полотне единого или когерентного времени. Прочность и липкость этого полотна поразительна: отвести от него внимание, наверное, для человека самая сложная задача этого мира. Тем не менее, пофантазируем на эту тему.
Любой процесс, любое взаимодействие в четырехмерном видении представляется "объектом" четырехмерного пространства. Само понятие "объекта" только условно схоже с нашим представлением о возможности абстрагирования из за его принципиальной неотделимости и многозначности. Таким образом, нами видимая Вселенная от макро до микро уровней - это "живой" срез четырехмерного пространства, а ее процессы - это внутренняя структура этого "объекта". Материальность и взаимодействия трехмерностей - это только отражение "структуры" четырехмерности. Процесс восприятия четырехмерности предполагает появление времени и там. Каждый элемент трехмерности, будучи срезом четырехмерного элемента, представляет собой "стоп кадр" этого элемента в четырехмерной вселенной.
Чтобы легко не разбрасываться такими понятиями как "иной мир", следует попробовать представить себе четырехмерный объект "наш мир", в котором каждое взаимодействие нашей вселенной, развернутое во всех темпах времен, становится элементом внутренней структуры этого объекта. Это с учетом того, что все объекты нашего мира связаны друг с другом какой-либо формой взаимодействия. Он, этот объект, окажется бесконечное количество раз сложнее нашего мира. Кому этого мало, ничто не запретит попробовать вообразить два измерения времени и ими порождаемую трехполюсную полярность. Усложнению предела нет. Как его нет и совершенству осознания.
Пока это явно вне наших интеллектуальных возможностей. Отсюда конструктивный вывод: многомерностью следует заниматься лишь столько, сколько это необходимо для решения ближайшей задачи личной эволюции. Обычно мы с детства ярко помним невероятный уровень сложности познания нашего трехмерного мира. Большинство и уйдут не разобравшись в простеньких линейных цепочках причинности. С другой стороны нас смешит простота гипотетического восприятия самого себя булыжником с обочины нашего мира. Но приходящее видение неописуемой сложности восприятия даже "булыжника" из четырехмерного мира вселяет безграничное уважение.
6.6. Четырехмерный мир - не окаменевший, как может создаться впечатление при попытке осознать вневременность бытия. Вневременность, охватывающая все время воплощения - это всего первый шаг познания картины реальности следующего уровня сложности. Далее окажется, что и мир следующей размерности живет и творит без нам известного действия, так как то, что мы называем процессами, происходит этажом ниже по структурной лестнице - в бесконечном континууме трехмерных миров. Четырехмерность - это бесконечная сумма ее трехмерных видений реальности с разным временем осознания. Это те бескрайние просторы, по которым текут реки нам доступных трехмерных видений миров. Вместе с тем, это тот бездонный океан, в который эти реки втекают. И это тот единственный источник, который своими "испарениями" питает все реки жизней трехмерных миров. А на глади океана никак не отражается его непрестанная активность. И это все разные отражения одной и той же реальности.
Дальнейшая детализация четырехмерного видения реальности вряд ли имеет смысл, так как это область принципиально непознаваемая для трехмерного восприятия. Частично спасают только аналогии, но и они основаны на логике осознания трехмерного пространства. Более высокие измерения и их времена нас касаются своим влиянием, но попытки осознать далее, чем ближайшую "соседнюю" трехмерность, обычно исходят от не желающего терять своей значимости интеллекта. Пытаясь исследовать многомерность, логичнее это делать при помощи развития внимания и осознания, а не заменять это придуманными интеллектуальными конструкциями.
Даже самые яркие личные открытия, изменившие целые цивилизации, как показывает история религий, выраженные языками трехмерности, со временем выветривают свою суть. А прямолинейно воспринятые интеллектом религиозные идеи становятся просто ложными. Блестящий пример - спор верований о том, сколько есть богов. Спор абсурден просто потому, что к объекту пространства высших измерений неприменимо наше понятие исчисления. Само по себе выделение объекта в четырехмерности привычными для нас способами невыполнимо. Описывая четырехмерность, с натяжкой возможен разговор только о структуре, так как нашему осознанию открывается полное единство всего. И это все оказывается живым. Так что бога в его трехмерном бородатом представлении, естественно, не существует. Но последнее утверждение никак не атеистическое.
6.7. Тысячелетиями известен парадокс о взаимном определении временного и вечного (трехмерного или четырехмерного). Общеизвестно, и имеет много форм утверждение, что воплощенный или материальный мир произошел от вечного и бесформенного. Это допускается большинством. Споры возникают вокруг предопределенности и взаимного влиянии временного и вечного. Это такие представления как судьба, карма, безбожие, реинкарнация, посмертные миры… и отсюда возникающие типы социального поведения. Как известно, знание законов трехмерности, с одной стороны, позволяет предвидеть ход процессов и создает уверенность в возможности творить будущее в рамках своего мира. С другой стороны, в области R личной эволюции неизбежно приходящее открытие вечностного аспекта бытия доказывает его неизменность и самодостаточность. Даже при обнаружении интеллектом непостижимой активности вечного бытия возникает вопрос: в чем смысл усилий и опыта во времени? Видение реальности многомерной и многовременной позволяет открыть неожиданный ракурс. Осознав, что за пределы трехмерности не распространяются аналогии, которые можно получить, анализируя переходы из меньших размерностей пространства в трехмерность, необходимо крайне осторожно пользоваться языком и логикой. Смысловые поля слов распростерты только по нашей трехмерности, узаконившей обособление объекта и причинность. Смыслы слов в пространстве восприятия рождают логику осознания реальности, т.е. временные ряды осознания. В четырехмерность ни смыслы, ни логика осознания из трехмерности не могут быть перенесены в основном из-за исчезновения знакомой полярности, а вслед за ней и логики восприятия. Желающему осознать четырехмерность приходится открыть и освоить ее смыслы и ее логику как новорожденному. Короткая вспышка первого знакомства с четырехмерностью, иногда называемая сатори или просветлением, описывается словами свет, любовь, беспредельность, возврат домой. Четырехмерное осознание дается ничуть не проще, чем постижение младенцем трехмерного мира. Продолжительность этого освоения должна быть бесконечной по той простой причине, что четырехмерность состоит из бесконечного числа трехмерностей, развернутых во времени. Да и время трехмерностей разное. Спасает то, что полного освоения трехмерностей не требуется для достижения начального осознания четырехмерности. Видимо, этому способствует интегрированный опыт, который от предчувствия скачка осознания перестает быть простой суммой пройденного. С другой стороны, кто сосчитает, сколько срезов трехмерности во всех своих аспектах мы проплываем за земную секунду. Квант времени продолжает оставаться гипотетическим, но, все-таки за единицу времени мы осознаем только конечное число трехмерных срезов четырехмерной реальности. Получается, что вначале гидом трехмерного осознания служит время. Время интегрирует часть высвеченных прожектором внимания видений в опыт. Доступную интеллекту часть опыта мы знаем как память. Расширение внимания можем примерно представить себе как увеличение объема осознания в заданной временем развертке четырехмерности. Это похоже на расширение луча прожектора, высвечивающего из ночной тьмы проезжаемую местность. Обычное узко фокусированное внимание в четырехмерности прочерчивает только "трехмерную линию" причин и следствий. Таким образом вполне естественно рождается картина "протекающей" во времени жизни в мире абсолютных причинно-следственных связей.
Расширенное внимание, широтой приближающееся к сфере, охватывает не только существенную часть трехмерности, но и "рядом находящиеся" иновременные видения реальности.


Рисунок 6. Траектория внимания в четырехмерности. То есть временной срез начинает обретать толщину или объем. Эта размытость временной привязки, возникающая вследствие практики сферического внимания, ведет к возможности преобразования "трехмерной плоскости" внимания в объем внимания, уже обладающего некоторой продолжительностью во времени или в четвертом измерении пространства. Таким образом начинается "переплавка" вереницы отдельных "кадров" жизни в монолит "тела жизни". Отдельные впечатления сливаются в непрерывную реку осознания. Это уже принципиальный сдвиг осознания в сторону четырехмерного восприятия. Ощущение слабеющей "хватки" времени и размытости детерминизма - тому доказательство.
С другой стороны, психиатры в этом найдут верные признаки умственного расстройства. Этого не стоит забывать при общении с ними. Психиатры твердо знают, что такое нормальное осознание и считают своей обязанностью вас к нему вернуть. Наши психиатры совершенно искренне лечили бы и Будду, Христа, Магомета… Становится очевидным, что вечное и временное или четырехмерное и трехмерное являются всего лишь разными способами восприятия той же реальности. Освоив трехмерный мир, мы своей активностью влияем на него, меняем его в желаемом направлении согласно доминирующему уровню осознания. Точно также, осваивая четырехмерность, мы своей активностью влияем на нее, а через нее и на ее часть - трехмерный мир. Именно это влияние воспринимается божественным или дыханием вечности. Так что нет отдельного бытия во времени и в вечности. Эволюция личного осознания реальности ведет к четырехмерному видению. Индивидуальна лишь скорость развития осознания, и то только с позиций трехмерности. Только наша все длящаяся неспособность осознать более сложные аспекты реальности рождает иллюзию отделенности нашего трехмерного мирка как следствие удержания собственной отделенности и значимости. Собственная значимость оказывается другой стороной временности. Традиции и системы Знания, акцентирующие уход от "иллюзорной" трехмерности, приводят к столько же иллюзорным другим осознаниям реальности. Почему другая, пусть и более развитая, логика осознания считается лучшей? Тем более, что их и сравнить невозможно без четырехмерного видения. Любая логика осознания, алгоритм осознания или пространство, как это называют традиционно, является не менее замкнутыми, чем обычное видение нашей трехмерности. Поэтому их называют мирами. Четырехмерное осознание от любого из них отделяет та же пропасть. Великая Пустота обнаруживается между логиками восприятия, и для этого необходимы минимум две параллельно доступные способы осознания. Четырехмерность прячется в щели между ними и изображает Великую Пустоту. Способность стабилизировать параллельное восприятие легче позволяет обнаружить эту щель, чем моментальное переключение между логиками осознания. Поэтому смотря с позиций личной эволюции сомнительна ценность погони только за иным осознанием реальности.
Возьмется ли кто доказывать, что четырехмерность является пределом сложности осознания реальности? Или, что есть такой мир, который несет в себе предел сложности? Сомнительно. То, что было "очевидным" в трехмерности, для открывающего четырехмерное осознание - неприменимо.
Для традиционного понимания мироздания столь недостающая абсолютность Абсолюта оказывается многоступенчатой и уходящей за пределы осознания как линия земного горизонта. Приближение к горизонту иллюзорно, но это не мешает нам двигаться. Назвав этот гипотетический беспредельный предел совершенства осознания реальности Знанием, мы свернем одну из самих скользких дуальностей и этим только приблизимся к более адекватному осознанию реальности. Так что вопрос о взаимовлиянии вечного и временного демонстрирует только истинно трехмерное восприятие и отсюда возникающую иллюзию отделенности миров. Четырехмерное осознание снимает саму возможность постановки подобного вопроса как абсурдную.
6.8. Осознание реальности основано на конкретном алгоритме развертки поступающего чувственного или нечувственного потока ощущений и ему соответствующем темпе локального времени. Хотя слово "темп" применяется только по традиции и его скорее следует понимать как интенсивность. Время или интенсивность осознания здесь отражает уровень сложности осознаваемого взаимодействия. Но для нас есть еще одно имя алгоритма осознания - причинность. Мы научены осознавать свой мир в причинно-следственном видении. Это обязательный минимум развития осознания для успешного выживания в нашем способе видеть реальность. Более того, наш мир, имея достаточно высокое соотношение массы и энергии, малочувствителен к влиянию сознания.
Малочувствителен до того, что влияние сознания на процессы мира с трудом обнаруживаются средствами узко фокусного научного познания. Миры или пространства с уменьшающимся соотношением массы и энергии более динамичны и более зависимы от сознания. Эту зависимость отражает все более неуловимая причинность, уступающая место Юнговскому синхронизму или многофакторности. Если вспомним осознание обычного сновидения, то "причинность сновидения" вначале исследования нам кажется скорее отсутствием причинности. Особенно это ярко чувствуется при взгляде из бодрствующего состояния, когда мы бессильны восстановить логику событий сна. Ведь основа восстановления произошедшего во сне - линейная причинность. Проснувшись, мы уже опираемся на более жесткую причинность нашей трехмерности. И это совершенно естественно: в бодрствующем состоянии мы осознаем себя в пространстве трехмерности тела с его особой логикой осознания, не допускающей причинной многофакторности сна. Алгоритм осознания в сновидении уже вытеснен "нормальной" логикой бодрствования. В памяти сохраняются угасающие размытые "фотографии увиденного", но логика событий теряется. Вспомним процесс пробуждения, особенно если он медленный. Во время медленного пробуждения происходит плавное изменение логики осознания, допускающее промежуточное состояние "сплава" логик осознания. Лишь в этот момент возможно относительно четкое восстановление "мягкой" причинности событий сна и "перетаскивание" произошедшего там в логику бодрствования. Вспоминание снов, галлюцинаций, видений - это всегда перекодировка логики осознания. Выражаясь более научно, - это трансформация пространства. Адекватной она быть не может по определению. Получается, что причинность - обязательный атрибут любого трехмерного пространства. А весовое соотношение причинность-многофакторность характеризует конкретное пространство и находится в прямой зависимости от соотношения массы и энергии этого пространства. Отсюда можем сделать предположение, что в пространствах или мирах с ничтожно малым соотношением массы - энергии будет так же трудно обнаружить причинность, как нам - Юнговский синхронизм.
Развитие осознания предполагает освоение трехмерных пространств во всем диапазоне соотношений причинность - многофакторность или масса - энергия. Но каждое пространство открывается только соответствующему его темпу локального времени осознанию. Стабилизации осознания содействует отождествление с телом того или иного пространства. Тело служит "якорем" осознания. Растождествление с чувственностью физического тела во сне, а так же при помощи других средств или умений, освобождает от привязки к пространству обитания физического тела. Даже самое примитивное человеческое осознание не ограничивается одним пространством уже только потому, что все спят и видят сны. Сон - это свобода от пространства тела и опыт иного осознания. Развитие осознания идет по пути все более осознанной перестройки осознания и росту диапазона перестройки. Диапазон перестройки может быть традиционно выражен количеством осознаваемых тел. Используя модель личной эволюции, можем говорить о диапазоне значений причинность - многофакторность или масса - энергия доступных пространств, можем говорить языком темпа локального времени осознания. Все эти описания говорят об одном и том же.
6.9. Возникающая проблема потребности в перекодировке или переводе иномерного опыта в логику осознания физического тела в разных традициях знания решается по-разному.
В одной крайности заявляется, что наш физический мир есть временная иллюзия, и поэтому он недостоин внимания. Все происходящее в нем определяется в более "духовных" пространствах, на которых и следует сосредоточиться. Другая крайность - это научный подход, предполагающий, что все причины всех наблюдаемых явлений находятся в нашем мире. Вся беда в недостаточном познании. Осознание других миров считается бредом болезненных психических процессов.
Все другие модели реальности находятся между этими двумя крайностями. Но допустив, что видимость мира или миров определяет перестройка логики осознания, обе эти крайности выглядит одинаково далекими от реальности. Интересно то, что и промежуточные взгляды, содержащие их смесь, мало помогают решить проблему "перевода" между пространствами осознания. Похоже на то, что адекватный перевод между логиками осознания трехмерных пространств невозможен вообще. Доступна только свободная и поэтому многозначительная интерпретация.
С другой стороны, жизненный след достигших существенной свободы осознания искателей говорит, что существует следующее приближение к адекватности - это параллельное восприятие пространств с разными логиками осознания. Казалось бы несовместимые формы осознания, с которыми знакомимся учась управлять осознанием, со временем становятся одновременно доступными разделенному вниманию. Только отсюда становится очевидным, почему многие традиции считают ключевым развитие второго внимания. Ведь и практика сферического внимания нацелена на ослабление доминирующей роли обычного осознания и перенос "части" внимания на пространство с иным алгоритмом осознания. Но в отличие от многих практик, это не переключает осознания, а ведет к параллельному восприятию. Параллельное восприятие позволяет прямо "видеть" соответствие и взаимосвязи между мирами или логиками осознания, а не заниматься "перетаскиванием" сюда иной логики.
6.10. Смыслы понятий "пространство" и "пустота" в ходе развития осознания имеют тенденцию к взаимному удалению. Для инволюционного сознания пустота и есть пустое пространство. Пространство осознается как независимо от нас существующая основа мира. Мы вроде знаем свойства физического пространства, нас удовлетворяет Декартова система координат, на базе которой построено детальное описание мира. Каждое мгновение ощущения готовы подтвердить правильность этого описания.
Процесс "вырастания" из привычного пространства, как единственного и неповторимого, начинается открытием других пространств осознания: пространств сна, пространств медитативных погружений, пространств психотропных веществ… Эти новые пространства сначала воспринимаются как "нереальные", субъективные пространства собственных фантазий в противопоставление "реальному", "данному в ощущениях" физическому. Однако со временем можем убедиться, что чувственное подтверждение "реальности" физического пространства доказывает лишь то, что это есть пространство обитания физического тела. Да, чувственность крепко привязывает осознание к своему миру, но накапливающийся опыт иного осознания тоже приобретает вес. Все труднее становится считать нереальными другие пространства, тем более, что обнаруживается их перекрестное взаимовлияние. Опыт иных осознаний по яркости не редко превосходит впечатления физического мира. Убеждаемся, что некоторые наши проблемы проще решаются в иных осознаниях. Признав, что мы обладаем способностью перестраивать осознание, постановка вопроса о реальности или иллюзорности пространств просто отпадает. Растет уверенность, что осознание физического мира - это только один из вариантов видеть реальность. Видна возможность свободы выбора осознания, которая ограничивается лишь собственными возможностями управлять вниманием.
Пространство перестает быть основой мира. Оказывается, что пространство ничего и никогда в себя не вмещает и даже не бывает пустым. Ощущение пространства создает определенная логика осознания реальности. Видимость перестает быть абсолютным доказательством формы видимого. За формой внимание учиться уловить суть.
Перестройка времени осознания позволяет "сканировать" реальность, подстраиваясь к разным соотношениям массы и энергии. Это просто разные способы осознания той же реальности. Реальность предстает в бесконечное количество раз более сложной, чем нам знакомая видимость ее физического аспекта.
Объективность осознания подтверждает опыт. Пока есть только одно жестко доминирующее видение (мир) и только один способ осознания себя, естественно, это видение и создает впечатление объективности. Но накопление иномерного опыта точно так же убеждает в его объективности. Более того, параллельное осознание пространств убеждает в их "равнозначности". Это приводит к выводу, что смотреть на свой дом строго с северного направления и утверждать, что картина этого дома, видимая с запада или юга необъективна, глупо.
Вот тут и начинает раскрываться смысл пустоты. Не зря ее назвали Великой. Ведь когда начинаем осознавать, что пространства - это только настройка осознания, теоретически можем сделать предположение, что развитие осознания может подвести к параллельному осознанию всей бесконечности трехмерных видений реальности. Это интеграция трехмерных осознаний, ведущая к принципиальному скачку осознания. Но этот бесконечный интеграл трехмерностей поражает своей пустотой. Это единственная доступная настоящая пустота потому, что мы еще не способны сотворить логику осознания четырехмерности. Туда принесенный трехмерный опыт оказывается принципиально неприменим. Но с другой стороны, эта пустота содержит все дотоле нам известное. Для четырехмерного видения все листы бесконечно толстой книги трехмерностей читаются параллельно и в пространственном и во временном смыслах. Поэтому впечатления четырехмерного осознания реальности и назвали Великой пустотой, которая содержит все.
6.11. Изобретенное индейцами курение табака, как и остальные наркотические средства, принудительно изменяет пространственное восприятие, т.е. логику осознания реальности. Однако, традиционное курение индейцев и курение в сегодняшнем цивилизованном мире практически имеет мало общего. Сегодняшнее "усовершенствование" курения при помощи очистки табака привело к минимизации его воздействия на осознание. Потребность в расширении осознания порождает привычку постоянного курения. Таким образом поддерживается еле заметно измененное осознание реальности. Привыкание делает этот "сдвиг" практически незаметным.
Как действует курение на осознание, может испытать только некурящий постоянно или сделавший перерыв на несколько дней. Это так называемое кратковременное "приподнимание крыши", иногда даже с нарушением координации движений. Но знакомый с практикой сферического внимания в этом воздействии узнает сдвиг в сторону образования всенаправленного внимания и к ослаблению фокусировки "луча" внимания. Это соответствует сдвигу состояния в сторону параллельного осознания пространств. Это и есть причина курения. Но курение, ставшее постоянным из-за привыкания, действует все слабее и ведет к учащению желания курить. А это уже постоянное отравление организма с минимальным воздействием на осознание.
Таким образом, курение из ритуального средства целенаправленного воздействия на осознание становится почти бесполезной привычкой. С другой стороны, потребность курить большей частью "прячется" не в образовавшейся физиологической потребности, а в привыкании к слегка измененному состоянию осознания в сторону расширения. А это относится к фундаментальным, пусть и не осознанным, потребностям человека. Так как эти потребности не могут контролироваться интеллектом, привязанность к табаку, как и другим наркотическим средствам, очень стойкая. Полноценной ее заменой может стать умение жить с расширенным осознанием.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить