Валерия Рыжова. Моя Встреча с Беляевым

Моя Встреча с Беляевым 
( Античные Каникулы продолжаются.)
 Семинар  в «Открытом мире».  Иду с некоторой настороженностью. К собраниям в подобных местах   отношусь с подозрением..  «Открытым мир» славится     попсовыми гуру и тренерами всех мастей, демонстрирующими абсолютную  закрытость от свежего ветра, дыхания Хаоса, силы Эроса  и света Логоса.
 Блуждая по лабиринтам искусственных конструкций многочисленных раздевалок и туалетов «Открытого мира» мы с друзьями, наконец, попадаем в аудиторию №7. Людей очень много, все сидят на специальных матах , тихо и молча. Кто в позах лотоса с вытянутыми спинами, кто как попало, прикрыв глаза.  Мы садимся. В центре зала неспешно прохаживается  мужчина в странном  оранжевом одеянии. От мужчины веет спокойствием и собранностью. Публика с закрытыми глазами любопытствует и ожидает чего-то. Подтягиваются опаздывающие.  
 
    Беляев прерывает молчание, здоровается. Люди продолжают заходить и искать место на полу. Я вдруг понимаю, что сижу не там, где мне нужно, встаю и начинаю пробираться ближе к ведущему. Пока я  устаиваюсь, успокаивая  обрывки суетливых мыслей и  остаточных  телодвижений,  Беляев    начинает знакомиться с аудиторией, применяя свою провокационную  тактику тормошения и пробуждения  спящих. Он сразу же заявляет, что будет пользоваться изобретенным им только вчера методом анти-сансанга: не аудитория будет спрашивать ведущего, а наоборот.. И тут же просит всех новеньких  представиться. Пришедших первый раз  ровно половина зала. Поднимаются руки, звучат имена, города... Одна маска сменяет другую. Одна марионетка вежливо раскланивается с другой. Иногда за  личинами  мелькает беспокойство, боль, живой интерес.   Беляев собран, внимателен , не пропускает ни одной фразы , ни одного лексического оборота, ни одной интонации . Он слышит фальшь, туман, подвох или какую иную хитрость, и тут же посылает представляющимся мячи встречных вопросов. Одним удается удержать  брошенный    мяч и  рассмотреть подарок. Другие моторно кидают его обратно или пускают  прыгать по залу. Правда, с некоторыми Беляев не занимается пинг-понгом , а просто отпускает короткое замечание и идет дальше. Возможно, вопрошавшие  еще не созрели для беседы, а может быть, наоборот, вопрос звучит просто и ясно…. Публика хохочет, гогочет и громыхает, ловит мячи и пулит их куда заблагорассудится.. Волны смеха поднимают говорящих и выносят на самую  середину человеческого внимания. Говорящий смущается, робеет, но продолжает беседу с Беляевым.  Очевидно, что веселье публики – четко запланированный ход ведущего.  Умело используя энергию психических неконтролируемых выбросов,он обостряет зрение вопрошающих, сдвигает маски,  разворачивает  лицом к своему Лицу.  
         Знакомство завершается. Беляев  настраивает аудиторию на нужную волну. 
 
«Я не буду давать вам никаких техник. Главное, что я сегодня вам предлагаю – это научиться  слушать и различать вибрации», - задал Беляев главную тему. Речь не выстроенная, не собранная, не подготовленная, она  бежала, как горный поток, лилась по широкой равнине,  била неожиданным ключом из-под земли, становилась тихим спокойным озером,. Возникало ощущение покоя, укорененности, мощности и простоты. Не было неловкости и скованности, как  часто бывает в присутствии значимых людей. Было легко и радостно,  как будто мы старые приятели.
 Беляев провел медитацию на погружение во внутреннюю тишину и глубину.
Область солнечного сплетения и сердца заполнились умиротворенностью, уверенностью и принятием себя. У меня не получилось глубокого погружения, не отключились мысли, но возникли ощущения самодостаточности, целостности, бесстрашия и желание действовать. Последнее меня особенно удивило. Бесстрашие явно было не моим, а шло от ведущего.
 
Беляев говорил о своем учителе Тоши и о практике Дисы. Тоши учил  его следовать своим желаниям. Диса – делай, что хочешь!  Диса предлагала слышать и следовать за внутренним импульсом, делать только то, что приносит наслаждение, радость. И не делать того, что приносит тяжесть , печаль, беспокойство. Особый путь стяжания радости, путь культивации наслаждения в каждом действии, в каждом порыве, в каждом выборе. «Это тантра в чистом виде»,-  продолжал Беляев. « Не та пошлая  тантра, за которую во всем мире люди выкладывают кучу денег. Это радость, принятие, способность наслаждаться каждой минутой и быть свободным».
 
      Зал трепетал :  так заманчиво – жить, как хочется! Но чем дальше я следовала за легким потоком речи Беляева, тем больше я понимала,  что не все так просто. Получалось, что следовать нужно не всем желаниям,  а лишь подлинным и глубоким. И выбор делать немедленно, здесь и сейчас, не откладывая в долгий ящик. И стопроцентную ответственность нести за свой выбор. И плевать на оценки, ритуалы, реверансы с социумом. Но ведь социум не прощает, когда с ним не считаются.  Читать книгу, когда хочется и тут же прекращать, если желание пропало. Общаться с человеком на импульсе, и тут же прекращать, если поток подлинного иссяк, а осталась лишь механичность. Увидеть, что общаешься, работаешь, живешь  не так, как хочешь, и тут же прекратить ТАК делать.  Как я поняла, Тоши не рассказывал своим ученикам, как отличать подлинные желания от фальшивых, а уж тем более, как находить компромисс с социумом. Он учил их действовать. Порой очень жестко учил. И многие сгорели, как и сам Тоши. 
Тоши и Гурджиев спорили в моей голове. Вспоминался лозунг на стенах гостницы иксовского слета в Армении: Делай то, что не нравится Ему! То есть Эго… А Диса гласила – Делай то, что хочешь! Но ведь нельзя же доверять  бешенным кобылицам из гурджиевской повозки. Желают и чувствуют, чувствуют и несут. И все в разные стороны несут. И вот уже оторвалось колесо и летит в одну сторону, а сама повозка увязла в придорожно пыли, а дикие кобылицы топчут оторопевшего кучера… Ведь когда еще доберешься до подлинных желаний и научишься отличать желания эго от желания сущности…  Редкий искатель добредет до сути вопроса, не сломав себе руки и ноги.Там у Тоши эксперимент шел вчистую и, возможно, нюансы открывались позднее и уже не всем. Какова же практика сегодняшнего дня, реальный опыт ? 
 
Я вслушивалась в поток речи, в пространство, в себя. Ум прыгал возбужденной обезьяной по ветками и высматривал спелые бананы. Он жадно искал очередную порцию убеждений и аксиом, которые можно было бы  подстелить под свою нынешнюю жизнь, удобно и непротиворечиво соединив их с  уже принятыми к рассмотрению. Усилия и Работа в очередной раз не могли договориться с радостью и спонтанностью. 
Диса сияла яркой жемчужиной  и манила возможностью ясной глубокой Радости и Полноты  жизни. Не долг перед ребенком или престарелыми родителями  заставляет идти тебя на работу и зарабатывать на кусок хлеба, а желание накормить и позаботиться о них. Не сухие обязательства и понятия о взаимовыручке побуждают тебя жертвовать своими интересами ради мужа,жены, друга, а любовь к ним и желание отдавать. Твои близкие, твоя семья , в их механичности и забвении, не кандалы на твоих ногах, а уста Бога, которыми он говорит тебе о твоих ошибках и несовершенствах, ведь у него нет другого языка, кроме твоей собственной жизни.. И ты полон  благодарности к своим столь близким и столь далеким, и с радостью и желанием принимаешь эти уроки, а не платишь налог на жизнь. Беляев не говорил  так, но Диса для меня расцвечивалась  именно  такими красками, разноцветной радугой заполняя пространство. 
 
Я пыталась отличить в себе ум, в котором боролись за власть разные убеждения и Нечто Иное. Нечто иное  тихо всматривалось.. И меня заливало наслаждением, легкостью и смелостью. А Беляев тем временем продолжал вести  всех по этапам своей практики. 
 « А теперь давайте расположимся так, как вам удобно и не будем делать никаких специальных концентраций и настроек. Просто прислушаемся к себе».
    В каждом Диса отзывалась  по-своему и  половина зала,  посапывая и потягиваясь, растянулись на полу с возгласами «Как хорошо!». «Вот-вот», - подбадривал Беляев, - сделаем этот возглас девизом нашей практики!». Потоки  звуков и образов заполнили зал. Я не вникала в смысл слов, я следовала за собой и  голосом.  В сердце появилась  радость, почти восторг, тело мое начало медленно раскачиваться . Хотелось танцевать. И я танцевала сидя. Я шла за желанием двигаться и чувствовала наслаждение. Но странно, чем острее оно становилось, тем менее активным становился танец. Вскоре амплитуда движений стала уменьшаться, интенсивность раскачиваний ослабевать, тело затихло и трепещущее от беспричинного  восторга сердце  замерло. Все тише, тише,  мягче, мягче. Тихая радость, улыбка, принятие. А потом и это растворилось, стало очень  спокойно и пусто внутри. Ни трепета, ни шелеста, ни ветерка. Чувство принятие себя, самотожденственности, присутствия.  Захотелось поклониться. Я положила лоб на пол. Минуту было ясно, пусто и солнечно. Но вдруг резко ощутилась боль в руке, потом неудобство в ногах, чья-то пятка в боку, где-то заверещал телефон… Телом медленно завладевал страх, липкий,холодный, непонятный, сжимающий…  Беляев закончил говорить… Я медленно села, возникла растерянность…
  Начались вопросы, обсуждения… Не помню, что говорили. Задала свой вопрос. « Состояния очень четко и последовательно сменяли друг друга. Сначала радость и восторг. Под ними я обнаружила  тишину и покой, а еще глубже – страх». « Страх чего-то конкретного?» « Не знаю, неизвестно..  Просто страх…Откуда он? И почему такая смена состояний?»
 
 Беляев внимательно посмотрел на меня и  сказал очень взвешенно: «Сейчас мне хочется вас обнять. Спасибо, что делитесь. Вы заметили очень важную вещь. Действительно, за радостью и экстазом лежит покой, пустота. Я всегда искал этот покой, это ничто. Даже в моменты самого яркого удовольствия и  наслаждения, я вглядывался в то, что стоит за ними. Когда радость исчерпывается, возникает то место в человеке, где нет желаний, нет эмоций. Это наполненная пустота, место подлинного присутствия. А вот дальше , еще глубже лежит страх, тонны страха нашего подсознания. Страх многих жизней, когда нас убивали, предавали, уничтожали. Страх пронизывает все наши действия, сковывает  и не дает двигаться.».
 «Но как бороться со страхом?».
 
«Обычно, когда мы видим страх, мы стараемся убежать, спрятаться, переключить внимание. Мы заедаем, запиваем страх, засматриваем или зачитываем его. А нужно смотреть на него из своей осознанности. Смотреть, не убегая и не отрываясь. Найти то место в себе, которое способно наблюдать, не захвачено страхом и оттуда смотреть на страх. Освещать его лучом своего внимания.  И тогда страх рассеивается , и его энергия возвращается к тебе.  У тебя появятся силы, энергия, которыми до этого питался страх. Сначала ловишь маленькие страхи и страшочки, а научившись, берешься за большие и основательные. Не отпускайте страх, он может вернуться. Расстворяйте его  в луче совей осознанности.  Вообщем, это очень большой вопрос. Я не могу его комкать. Внимательно разберемся с ним после перерыва».
 
На минуту возникла тишина и напряжение в зале. Стоп-кадр в кино, воля и внимание публики собраны в одну точку. Но держать напряжение долго трудно, и с высоты пафоса и  торжественности все медленно заскользили вниз…
  Беляев  продолжил  игру со зрителями, ловко дергая то за один , то за другой край человеческого одеяла, покрывавшего пол. Кидал , ловил мячики, провоцировал, ставил диагнозы, давал советы, возбуждал интерес и любопытство, потакал слабостям и глупостям, выставлял дураком себя и других, реагируя с проворностью уличного жонглера и смелостью придворного шута. И тогда человеческая стихия взрывались хохотом, громкими шуточками и комментариями. Становилось как-то расхлябанно и смешно. Но кто-то вдруг просыпался и задавал живой вопрос.  Тогда все останавливалось. Беляев переставал бегать , потягиваться, из клоуна в оранжевом костюме превращался в буддийского монаха.. Он отвечал четко, серьезно и обнаженно. Все замирали. Возникала тишина и сосредоточенность, какое-то пронзительное звучание. 
Два таких вопроса я запомнила.
 
«Как помочь брату? Он лежит в больнице с суицидальным синдромом?».
« А вы ,действительно, хотите ему помочь? «
«Да.»
«Тогда вам нужно полностью взять его боль на себя. Не объяснять, как жить, что вы делали всю жизнь. Не осуждать его жизненную позицию, не учить его жизни. А честно и  с полной ответственностью взять  всю его боль на себя. Он сразу почувствует это. И тогда может что-то изменится.»
« Что делать, если во время медитации меня все время отвлекают мысли, образы. Они приходят один за другим, сменяют друг друга, увлекают за собой. И я не могу от них избавиться.»
Ответу на этот вопрос Беляев посвятил вторую половину встречи, как и вопросу о страхе, гневе  и некоторых других эмоциях. 
После перерыва  Беляев делился опытом своей работы в этой области. Вопросы-ответы. Атмосфера постоянно менялась. Вибрации действия, напора, решительности, позиция понимания, принятия, сочувствия ко всем говорившим.   « А способен ли ты делать то, на что ищешь ответа?», - острым ножом подспудного вопроса вскрывал  он психологическую ситуацию вопрошавшего, не давая спрятаться  за оправдания, общие слова, собственную глупость или надменность .  Многие смущались, задумывались, замолкали…
 
  Замирая на мгновение,  он снова одевал клоунский пиджак и  продолжал дефилировать по залу, честно вживаясь в очередную предложенную публикой роль.  Ближе к концу встречи  Беляев неожиданно превратился в мага и чародея, борца с астральными духами. Изрядное количество специалистов по астральным путешествиям целых полчаса поддерживали ажиотаж. Кудесник не робел и смачно потчевал публику рассказами о способах борьбы, улавливания и распознавания духов всех мастей и категорий..  Любопытство публики неимоверно возгорелось  и вопросы сыпались градом. Видимо, все устали от  борьбы с мыслями и страхами в самих себе и решили, что с духами как-то веселее будет. Подытоживая кладбищенские повествования в стиле Эдгаа По, Беляев сухо заметил, что тема эта ему не близка.
 
 Время встречи подходило к концу, и наш проводник вернул себе инициативу: 
« Существует три потока: верхний, нижний  и спиральный. Разные традиции  работают по-разному. Я работаю с верхним потоком. Давайте раскроем  ладони кверху и откроемся  вибрациям, ничего специально не делая, не стягивая поток на себя, не концентрируясь.»
В полный стакан воды не нальешь, но все же  последняя практика придала легкость и завершенность моему и без того хорошему и радостному состоянию. 
Встреча закончилась . Мы собирались уходить. «Открытый мир» на какое-то время , действительно, стал открытым и светлым. По крайней мере, в нашей комнате № 7 явно было теплее, чем в других. Несмотря на шум и суету, в людях все-таки чувствовалась  собранность и внимательность. Мне захотелось   прийти еще раз.









Добавить комментарий

Защитный код
Обновить