Виртуальная магия или восемь методов самоутраты

Написал Ровнер, Аркадий
Приведенный ниже текст взят из книги Аркадия Ровнера "Третья культура",
Издательский дом Медуза Санкт-Петербург,1996г.
На этой странице публикуются с согласия автора. Все права сохранены.©



ВИРТУАЛЬНАЯ МАГИЯ ИЛИ ВОСЕМЬ МЕТОДОВ САМОУТРАТЫ
(выступление на конференции по трансперсональной психологии)

Хотел бы добавить еще один эпиграф к своему небольшому выступлению. Этот эпиграф из
Руми: "Молчи овладеешь языком бессмертных". Я под большим впечатлением от выступления
предыдущего оратора, с которым я познакомился полгода назад, когда выступал в школе
парапсихологии "Золотой Лотос". Передо мной, перед моим мысленным взором, почему-то,
вращались колеса, пробирки сверкали содержимым. Я видел перед собой ученого,
испытателя, искателя времен Ньютона, или, скажем, первых паровозов,или механических
приспособлений, которые появились в XVIII веке, скажем, в Петровскую эпоху. Если
попробовать взглянуть глазами этого действительно вдохновенного, одержимого механика
на мировые традиции, на глубины индийской психологии, на эзотерическое христианство,
если бы такой человек со своим арсеналом конвенций и со своим опытом попытался
понятьи интерпретировать глубочайшие, тончайшие идеи посветительной мудрости, это
было бы,наверное, очень неловко и неуклюже. Намного, конечно, более убедительно
звучит искушенная терминология нашего века: информатики, соционики и т.д.
Все равно, у меня осталось чувство неудовлетворенности из-за отсутвия баланса между
духоведением, знанием измененных состояний сознания и всевозможных полтергейстов и
других шалунов из разных измерений,с одной стороны, и техно-энергетически-
информативным аспектом, с другой. Я это связать сегодня не сумел. Раньше тоже. И тем
не менее, это было интересно, это было ново, это была смелая попытка.

Это направление, которое развивается весьма достойными исследователями, так или
иначе пробует осовременить, технизировать и саентизировать традицию, традиционное
знание и тем самым неизбежно его редуцировать. Здесь происходит перевод смыслов,
и при этом что-то теряется, и, может быть, очень хочется верить, что-то новое
обретается.

Я вчера в очень кратком самоопредставлении говорил, что изначально я был заворожен
многообразием духовного опыта. В 60-х и начале 70-х годов я обследовал традиции,
так или иначе представленные в России,в русском подполье, в русском андерграунде.
Я знакомился с людьми из Сибири, Кавказа, Украины, Прибалтики.Я учился у них, я учил
их. Я был частью той системы, той насыщенной, напряженной и очень самоотверженной
мистической жизни, которая потом привела меня на Запад, где в течение 20 лет, на
Западе и на Востоке, я продолжал свои опыты. При этом, будучи писателем, будучи
издателем, преподавателем, я оставался, прежде всего, искателем и духовным практиком.

И вот в этом ключе я буду говорить сегодня о двух, может быть, самых предельно важных
понятиях нашего опыта: понятии реальности и понятии личности, самости, я. Когда один
молодой мой друг, присутствующий здесь, попытался предсказать то, о чем я буду
говорить (тема моего выступления виртуальная магия), он вспомнил свой компьютер, в
котором есть или может быть виртуальный диск, или виртуальный драйв, т.е.
несуществующий драйв, и представил себе, что речь будет идти о магии, т.е. о влиянии,
управлении, контроле, трансформации, осуществляемой неким нереальным объектом или
нереальным субъектом. Виртуальная магия это то управление, то манипулирование всеми
нами, которое осуществляется из какого-то нереального пространства.

Название моего выступления действительно построено каверзно. Виртуальная магия
противопоставлена реальной магии. Восемь методов самоутраты противопоставлены восьми
традициям самообретения или самореализации. Так о чем же идет речь?

В молодости меня всегда смущали древние авторы, которые писали жутко непоследовательно.
Они начинали говорить об одном, они переходили к другому. Почитайте Оригена, почитайте
Иринея Лионского, почитайте проповеди Будды. Это очень странные непоследовательные и
абсолютно нелогичные тексты. Значительно позже я понял, что задача, которую ставили
себе авторы, несколько отличалась от задачи современных исследователей. Их меньше
волновала объективная истина и логически продуманные и просчитанные движения в
направлении к этой истине. Они добивались другого эффекта. Они стремились к тому, что в
буддизме называется дхармой. В буддизме дхарма это не только элементы суньи, элементы,
из которых построен мир и построен я. Дхарма имеет и другое значение. Это некоторая
глубинная суть и квинтэссенция учения. И в этом смысле дхарма важнее, чем текст
проповеди Будды.Платон в своих "Диалогах" также движется как будто бы очень и очень
последовательно медленно и логично, но все это движение рассчитано все-таки не на логику,
а на мгновенный катарсис, на мгновенное целостное видение. Возникает вопрос об истине
знания и истине состояния. И по всей вероятности, моя задача связана со второй истиной.
По всей вероятности, их нельзя оторвать знание и состояние. Только в состоянии некоторой
взволнованности, открытости, любви, внимания можно испытать это переживание, и только
такое переживание становится основой целостного знания. Поэтому, я позволю себе для
того, чтобы быть уж абсолютно непоследовательным, нелогичным, время от времени читать
или напоминать вам какие-то строки или идеи из Джалалутдина Руми, моего любимого
суфийского мистика.

Вот, в частности, в "Маснави" он пишет: "Прежде, чем в этом мире появились сад, лоза и
виноград, наши друзья уже были пьяны вином бессмертия". Я очень люблю его притчу о
двух нищих, которые подошли к дому и стали просить подаяния. Одному нищему тут же дали
кусок хлеба, и он ушел. Другого заставили ждать. Первый нищий не понравился хозяевам:
они сунули ему сухую корку и поскорее спровадили с глаз долой, а второго нищего они
попросили подождать, пока они испекут свежую булку. Поэтому не все пути можно
алгоритмизировать и просчитать. Эффективность движения не всегда зависит от нашей
внешней логики, от внешних ходов логики.

Тем не менее, я не намерен отклоняться от своей темы: "Виртуальная магия или восемь
методов самоутраты". У меня есть компьютер, и когда моему сыну пришлось внести в него
музыкальную программу, ему ввели в компьютер виртуальный драйв. Теперь, когда мой
компьютер просыпается, в то самое мгновение, когда он открывает свои глаза,у него
появляется четвертый драйв. И в этот драйв со страшной скоростью запускается несколько
сотен файлов. После этого, через секунду можно спросить мой компьютер: "Сколько у тебя
драйвов?" Он отвечает: "Четыре". На самом деле там есть только hard драйв и два драйва
для дисков, т.е. их всего три. Откуда же взялся четвертый?Реален ли он? Компьютер
считает, что у него четыре драйва. Я знаю, что их три. Как нам быть? Реальна ли
нереальная ситуация четвертого драйва? Кому вам верить: компьютеру или мне? Личный
опыт компьютера, его ум,его ощущения, его знания верифицируют наличие четырех драйвов.
Я приобретал компьютер с тремя драйвами. Инструкция и опыт использования как будто не
дают поводов или оснований сомневаться в этом.

Как только я просыпаюсь каждое утро, я вижу окно и деревья за окном, и я верю тому,
что я вижу. Может быть, эти деревья совсем не деревья, а определенные молекулярные,
атомные или другие структуры. Наверное, физика, химия имеют другое мнение
относительно того, что я вижу за окном. Очевидно, цвета неба, деревьев, листьев имеют
за собой совсем другую реальность.

Этот вопрос очень беспокоил в свое время Августина из Гиппов. Потом он беспокоил и
другого человека — Рене Декарта, который в "Рассуждении о методе" мучительно задавал
вопрос: "Реально ли то, что я вижу? Является ли то, что я вижу, тем, что есть на самом
деле?" И Рене Декарт, все-таки, был вынужден прийти к выводу, что Бог не обманщик.
Этот вопрос, обманщик или не обманщик Бог, как-то его очень беспокоил. Получается,
что то, что знает Декарт, и есть то, что есть на самом деле. Декарт не согласен с моим
компьютером и со мной в рассуждениях о виртуальном диске. Согласно Декарту, нет
виртуального четвертого диска на моем компьютере. А как на это посмотрели бы создатели
адвайта-веданты, одной из ведантийских школ, Рамануджа и Шанкара? Эти два человека
были несогласны между собой на счет виртуальной реальности. Оба они знали, что мир
полон красок, волнений, цветов, запахов, объектов, и, что все это майя, виртуальность.
Это все неподлинность. Каким же образом эта неподлинность соразмеряется, согласуется с
наличием единственной реальности Абсолюта, кроме которого нет ничего, о котором нельзя
сказать существует он или не существует.

Есть только Абсолют, неизменный, бескачественный, безмножественный. Каким же образом
мы видим такую множественность всего? Каким образом нас так много в этой комнате?
Рамануджа предполагал, что майя является творением Абсолюта,откуда еще могла взяться,
майя? Ее мог создать только Абсолют, она является каким-то качеством, проявлением
Абсолюта. И поэтому она связана с Абсолютом. Но, тем самым, ломалась вся логика
неподвижности Абсолюта.Абсолют не может ничего создавать: он не Бог-творец. Он
абсолютно бесстрастное высочайшее начало. Зачем же ему создавать майю? Шанкара
пошел дальше, чем Рамануджа, он заявил, что майи нет, есть только Абсолют. Нет той
реальности, которую мы  видим. Нет нас с вами, нет множественности. Каким образом
мы видим ее? Каким образом мы с ней соприкасаемся? Только лишь по причине нашего
невежества. Шанкара представил Абсолют в образе фокусника, который показывает нам
веревку, а мы видим змею. Сам фокусник не обманывается, и мудрые люди,которые знают
его фокусы, тоже не обманываются, а обманываются невежды. Таким образом, виртуальная
майя оказывается результатом авидьи и аджнаны. Видья и джнана это знание, это мудрость,
а авидья и аджнана это невежество. Только в результате нашего с вами невежества мы
можемсидеть здесь, разговаривать и думать о вещах,о которых нам редко приходится
думать.

Что касается Будды, то Будда учил о трех свойствах бытия, это анитья, анатма и дукха.
Анитья это непостоянство. Вот наш мир, он непостоянен. Все приходит, все уходит, все
возникает, ничего не остается постоянным. Анатма это отрицание атмана. Это безличность
этого мира. Нет меня, нет вас, нет божественного духа. Нет, конечно, и тех духов,
о которых рассказывал нам предыдущий оратор. "Нет личности," утверждал Будда. И, наконец,
дукха это неудовлетворенность. Это страдание, беспокойство, погруженность в океан
космоса, социума. Это третье качество той действительности, в которой мы живем.
Эта действительность безосновна, безличностна, беспокойна и под ней нетникакого Абсолюта,
под ней есть бездна сунья. Сунья это ничто. Скажите мне, пожалуйста, есть ли ничто.
Концептуалист Лев Рубинштейн рассказал мне недавно о надписи на двери закрытой столовой
на Чукотке.Там над огромным замком висела записка:"Есть нет". Это такой вот
замечательный образ суньи "есть нет!" Естественно, в буддийском силлогизме сунья
существует, сунья не существует и, поэтому ради удобства мы говорим о сунье как о
существующей. Будда не пробовал свести логически концы с концами. Он не пробовал
заниматься метафизикойи искать,описывать истину. Для Будды на первом месте стояла
истина состояний, истина дхармы. Дхарма это тот мгновенный катарсис, то мгновенное
постижение, которое может наступить, а может не наступить. Когда он проповедовал,
то говорил с каждым человеком на языке его традиции.

С шиваитом он говорил на языке шиваитов. С вишнуитом он говорил на языке вишнуитов.
Он пользовался каждый иными словами. У него нет чеканки, у него нет догматики. В
буддизме, в ранних проповедях Будды нет формулировок раз и навсегда. Задача состояла
не в том, чтобы выразить, сформулировать и донести истину. Задача состояла в том,
чтобы в человеке произошла мгновенная вспышка, и человек увидел катастрофу горящего
мира, гибельность своих предрассудков и необходимость спасения, необходимость успокоения.
Эта задача, может быть, в каком-то смысле, является и моей задачей.

Нагарджуна, основатель махаянического буддизма, сформулировал эту задачу в виде
концепции относительности всех истин,относительности всех учений, включая и буддийское
учение. Я бы хотел предложить вашему вниманию идею относительности описания всех
состояний.

У нас есть пока два опорных пункта в нашем медленном и несколько кривобоком движении
это знание и состояние. К чему мы стремимся сейчас, пробуя понять загадку бытия и
загадку личности? К знанию или к состоянию? Или есть еще что-то третье?

Я ставлю здесь вопросительный знак и, с вашего позволения, хочу прочесть вам из Руми:
"Выпей чашу волнения, ибо ты не чувствуешь стыда. Понимание приходит с любовью к
говорящему. Холод закрывает ум".

Руми был достаточно мужественен, чтобы настойчиво повторять непопулярную в его и в наше
время мысль о том, что только очень редкие люди имеют мистическое призвание. Остальным
же просто нечего развивать. Он никогда не открывал своего учения первым встречным.
Он говорил о пяти уровнях развития суфиев. Первый уровень это хождение по земле, второй
уровень это плавание на борту корабля, третий уровень езда в колеснице, четвертый
уровень хождение по воде, пятый уровень летание по воздуху.

От Будды я хочу перейти к Иринею Лионскому и к гностикам. Тот и другие пробовали
сформулировать истину. Гностики видели истину в виде плеромы, плерома не имеет русского
эквивалента. Это область Божественного. Этот мир Божественный,в котором пребывают
Божественные эоны. Вне плеромы нет ничего, только холод и мрак небытия. Тот самый
внешний мрак, о котором говорится в Евангелиях. Христос говорит о том, что те, кто не
понимают, не следуют, не слушают, будут выброшены вовне туда, где геенна, где холод,
где мрак, где небытие. Есть только плерома. К сожалению, наш мир создан Демиургом за
пределами плеромы. В результате драматических событий с одним из самых низких эонов
Софией, воспылавшей страстью к Битосу, высочайшему зону, происходит ее сомораздвоение,
возникает Ахамот. Ахамот создает Демиурга в небытии, вне плеромы, и Демиург из небытия
создает этот мир.

Я не буду вдаваться в детали гностических учений. Я просто сравню это с точкой зрения
Иринея Лионского, Тартуллиана и других ортодоксальных отцов церкви, которые утверждали:
"Есть Бог, и есть мир, и есть человек". Не было никакой виртуальной реальности у Иринея
Лионского. Была реальность мира и реальность Бога, и нереальным был только грех, только
зло.

Велись также споры о виртуальной человечечности Иисуса Христа. Монофизиты утверждали,
что у Христа есть только одна божественная природа. Однако, докеты считали, что у Христа
есть иллюзорное виртуальное человеческое тело. Бог не мог родиться от женщины. Тот самый
Бог, тот самый Абсолют, который даже не может опуститься до творения миров, который
творит миры через Слово Логос. Как он мог родиться у женщины,как он мог ходить по земле,
как он мог страдать, быть распятым? Естественно, говорили докеты, это иллюзорное тело,
которое Бог создал для того, чтобы общаться с нами, чтобы коммуницировать с нами,
для того, чтобы нести благодать.

Но ортодоксальное христианское богословие утверждает, что Иисус Христос истинно Бог и
истинно человек,и что две природы существуют в нем неслиянно и нераздельно. Если вы не
можете этого понять, то повторите вслед за Тартуллианом:"Верую, ибо абсурдно!" В любом
смысле, какой вы хотите вложить в эти слова.

Итак, мы сталкиваемся с вами с понятием и с фактом виртуальности, которая нас окружает,
отрицая которую мы входим в неразрешимое противоречие. Виртуальность оказывается внешним
свойством нашего существования, космического существования, социального существования.
Мы смотрим на мир через себя.Я сам смотрю на мир, я самость. Моя самость пробуждается,
как только я пробуждаюсь. Она проявляется и в моих снах, и в моих неясных ощущениях тела,
и в моих неясных страхах, и в моем творчестве. Это я-сам. Это я.

Я люблю кофе, Андрей любит чай, Евгений любит какао, но я люблю кофе. Это я, я-сам.
У меня вот такой нос, такие очки, такая речь. Моя самость это бельмо в моем глазу. Я не
могу смотреть на вас иначе как через мое "сам". Я смотрю на вас через свое бельмо, я
слушаю вас своим бельмом. Я понимаю, я объясняю мир через свое бельмо. Мир это мое бельмо.

Есть ли что-нибудь реальное, к чему я могу пробиться. К чему реальному я могу пробиться?
Я не занимаюсь общением с полтергейстами. Для меня весь этот мир полон жизни, дыхания,
смысла, значения, загадок. Я думаю, вслед за Конфуцием, что сначала мне нужно
гармонизировать себя в этом мире, а потом я уже буду налаживать отношения с духами и богами.

Этот мир уже полон божественности и духовности. Эта жизнь полна тайн. Не стоит исследовать
тайны смерти, не поняв тайн жизни. Каким образом вырваться из этой виртуальности, из
этой нереальности к реальности? Как обрести надежную опору? Что надежно в жизни моей и
вашей? Что серьезно? Мы очень скоро уйдем из этого мира. Уйдут наши близкие, мы изменимся.

Есть восемь методов, восемь классических методов, утраты этой самости, этой виртуальности.

Первый метод это метод Марфы (вспомните Марфу из Евангелий). Метод Марфы это метод
служения,метод добродетели. Все три западные религии иудаизм, христианство и ислам,
говорят о добродетели. Недобродетельные люди будут гореть в аду. Через добродетель,
через самопожертвование человек достигает реальности и убегает от виртуальности.
Это долгий и трудный путь по очень опасной пересеченной местности. Добродетельному
человеку очень нелегко на земле. Добродетель, может быть, когда-то и приносила людям
глубокое знание и счастье, и познание реальности. Идя путем добродетели, человек
набивает себе шишки и оказывается в самых неловких ситуациях в нашем сегодняшнем мире.
Это опасный путь, путь прямолинейной добродетели. Будьте добродетельны и помогите
всем нищим, которые стоят в Москве, Нью-Йорке, Париже и Дели с кружечками. Будьте
добродетельны и помогите миру. Очистите духовное пространство мира от грязных духов.
Очистите каналы эфирных, астральных, ментальных и будхических энергий. Это совсем
непросто. Это очень трудно. Попробуйте понять, что человек, который идет этим путем,
очень редко, большими усилиями, в редчайших случаях достигает успеха.

Второй метод это метод, который легче всего обозначить как хатха-йога. Гурджиев
называет этот метод путем факира. Человек, который развивает свое тело, скрытые в
нем потенции, может подготовить себя к восприятию реальности, или высших истин;
он может достичь высших истин. Факир, который лежит на кровати из гвоздей или стоит
всю жизнь на левой ноге или на правом согнутом колене. Такой факир через десять тысяч
лет может приблизится к Царствию Небесному. Гурджиев говорил, что это реальный путь,
однако, он требует бесконечное количество лет, и лучше не становиться на этот путь
из-за его длительности. Что же касается тех самых гностиков, с которыми воевал
Ириней Лионский, то гностики делили человечество на три категории: на пневматиков,
или людей, которым вообще не требуются духовные усилия, ибо они и есть "пневма" дух,
на психиков, которые есть смесь духа и материи, и на соматиков, людей тела, людей
материи, людей абсолютно духовно безнадежных; и таких подавляющее большинство.
Гностики были чуть-чуть честнее Гурджиева. Если Гурджиев говорил, что соматику надо
десять миллионов лет, чтобы достичь просветления, то гностики говорили, что он вообще
никогда не может его достичь. Тем не менее, мы слышали о факирахи хатха-йогах,
которые достигают высших состояний, хотя это редчайшие феномены.

Третий метод это метод, который можно назвать путем веры. Многие годы вера была
для  меня глубочайшей загадкой. Я видел верующих людей, я думал о них, я вживался
в их опыт. Я пробовалбыть верующим человеком, но у меня ничего не получалось. Я не
мог понять механизма веры, веры в нечто, чего человек не знает.  Вера всегда связана
с чем-то, чего человек не знает; он не знает и он верит в это. Есть дистанция между
его реальным опытом и тем, во что он верит. Вера это преодоление дистанции между
реальным уровнем существования человека и его идеальной моделью. И вера эта может
работать только лишь опираясь на надежду и любовь, на пост и на молитву. Вера это
энергетическое перенесение эмоционального центра на другой уровень, на виртуальный
уровень. Рамана Махарши, мой любимый мистик 20 века, говорил о перенесении сердца
или перемещении сердца с левой стороны груди в правую. Это образ веры перемещение
сердца из одной точки в другую. Это энергетический, эмоциональный процесс, это
событие, после которого вера становится действенной. Вера, которая не опирается
на надежду, любовь, посты, молитвы, кеносис, бдение, на духовные усилия это не вера,
я не верю в такую веру, я не понимаю такой веры, которая существует только в
голове и на словах. Вера это перенос сердца. Где ваше сердце там вы и есть. И если
вы идете путем веры, подумайте о полной ответственности этого пути. Этот путь также
бывает продуктивным и бывает непродуктивным.

Четвертый путь (я говорю сейчас не совсем в Гурджиевской системе) это путь
интеллекта и это путь Марии, а не Марфы. Мария слушала, понимала, внимала Христу,
она шла не путем добродетели, не путем карма-йоги, она шла путем джнани-йоги.
(Практически, до сих пор я называл иогические пути. Это карма-йога, хатха-йога,
бхакти-йога и теперь я говорю о джнани-йоге я только что это заметил). Мария шла
путем интеллектуального перемещения, переноса подобного тому, который я описывал,
рассуждая о вере. Интеллект, сознание является одним из важнейших инструментов
нашего существования, нашей гармонизации; и интеллектуальная перестройка может быть
еще более эффективной, чем эмоциональная. В один прекрасный день,гуляя по Тверскому
бульвару, человек может на каком-то 283-м шаге вдруг улыбнуться и пойти дальше
освобожденным человеком, достигшим реальности. Это как будто бы легче, как будто бы
светлее и радостнее, чем мучительный путь перенесения сердца.

Пятый метод это классический метод древних посвящений. Это преодоление семи преград,
снятие семи печатей; это семь стоянок суфиев, это путь, описанный Е.П.Блаватской в ее
"Тайной доктрине". Это традиционный путь духовного продвижения по ступеням, это
переход от нереальности к реальности. И, опять-таки, здесь возможны удачи и успехи, а
возможны и глубокие разочарования. Это трудный путь. Вспомните, что в древних
посвятительных храмах неофит 7 лет подметал двор, потом 7 лет протирал переднюю, 7 лет
служил в храме; и только после 21 года службы его допускали в святая святых, где чаще
всего валялись собачьи кости и висела паутина.

Шестой путь это метод освобождения от пыли. Я был пару дней назад в собрании людей,
где только что приехавший из Японии человек рассказывал о посещении храма секты Тенрике,
где сотни молодых людей, ползая по длинным и широким верандам, с утра и до вечера стирают
пыль с пола, протирают влажными тряпками. Там огромная община в несколько десятков тысяч
последователей этой новой японской религии, и все они безумно заняты стиранием пыли,
борьбой с пылью. Пыль физическая является для них метафорой духовной пыли, которая
засоряет все каналы и покрывает собой наше существование, делая его виртуальным. Буддизм
и учение Кришнамурти основаны примерно на том же самом принципе. Кришнамурти говорил о
нашем отождествлении со всевозможными ролями и концепциями, говорил о том, что,
освободившись от этих отождествлений, мы освобождаем скрытую в нас тайную органику,
реальность. Буддизм это та же концепция освобождения от иллюзий, от образов, от идеи
постоянства мира, от идеи личности, от идеи удовлетворения. Буддизм беспощаден в плане
неприятия всех очарований жизни. Буддийский монах исследует каждое удовольствие, свою
склонность к удовольствию, корни своей склонности к удовольствию, любое удовольствие и
любое неудовольствие отсекаются. Буддийский монах не имеет права чего-то хотеть или от
чего-то отвращаться. Мне вспоминается история о человеке, который потерял свою молодую
красивую жену, он бежал по полю и искал ее и увидел буддийского монаха. Он спросил: "Ты
не видел ли проходящую мимо молодую женщину?"Буддийский монах ответил: "Что-то здесь
проходило. Я не знаю была ли это женщина или это был мужчина, я видел только скелет".
Я думаю, что комментарии здесь не нужны. Я хочу сказать о том, что буддийский опыт
борьбы с виртуальностью, может быть, самый строгий и беспощадный.

Следующий метод это метод бокового зрения. Всякая прямая попытка ухватить реальность
заканчивается провалом. Вспомните Орфея, который пробовал увидеть Эвридику. Вспомните
даосов, которые знают, что как только посмотришь на Дао, как только произнесешь "Дао",
Дао тут же исчезает; и в то же самое время, нужно жить только лишь по Дао. Это трудный
метод преодоления виртуальности и преодоления самости. Он связан с сохранением чистоты
своего "эфира", с умением видеть форму через призму бесформенного. О таком человеке даосы
говорят: он хранит свою целостность, и в жизненной энергии у него нет недостатка.

Наконец, восьмой метод это метод, который Гурджиев называл "методом собаки" или "методом
хитрого человека". Хитрый человек хвалится тем, что он оседлал черта и на черте взлетел в
Царствие Небесное. Хитрый человек думает, что реальность можно использовать, оседлать и
при помощи черта, либо полетать в ступе, либо летать на ковре, на ведьме,либо на козле,
либо полетать во сне, в общем, "долететь" куда-нибудь; или полетать на рюмке или на трех
рюмках, можно "на игле" полетать это тоже проверенный способ, игла. Хитрый человек очень
хитер, иногда ему удается обмануть черта, но, почему-то, мне всегда вспоминаются
замечательные слова из Корана, где рассказывается о том, как Иисус Христос говорил с
Апостолами, а Апостолы уверяли его, что они ему верят и они признают в нем Мессию и
пророка, но они были хитрыми... И дальше в Коране написано: "Хитрили они и хитрил Аллах,
а Аллах лучший из хитрецов". Аллах лучший из хитрецов, реальность лучший из хитрецов,
и потому и этот метод работает или не работает.

И вот сейчас я хочу задать главный вопрос своего выступления: подумайте, почему эти восемь
методов самоутраты, эти восемь методов освобождения от майи, от самости, от
виртуальности, почему иногда они работают, а иногда не работают? Почему вера может
привести к безумному фанатизму, хитрость может привести к тому, что человек разбивает
себе голову, добродетель может привести к несчастью, а метод косвенного бокового зрения
может привести к слепоте. Мы говорили с вами о знании и о состоянии. Мы говорил об истине
знания, сопряженной с истиной состояния. Может быть, есть еще одна истина, еще какая-то
истина, которая дополняет эти два важных агрегата знание и состояние.

Я хочу снова вспомнить Руми: "Истину передать невозможно, пишет Руми, мастер, когда его
спросили "Что такое истина?", ударил вопрошающего". Я бы хотел на этом замечательном
мастерском ударе остановиться, и, если будут вопросы, попробовать кого-нибудь ударить.

Москва, ноябрь 1995 г.
Выступление записала Юлия Старухина

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить