"Мудрые" изречения К.Пруткова

В. Сквозникова
(Из предисловия к книге: Сочинения Козьмы Пруткова, М: Художественная литература, 1974).

Писатель Козьма Прутков, придуманный группой единомышленников, - явление в нашей литературе уникальное. Ни до, ни после него не было случая, чтобы литературный псевдоним приобрел такую самостоятельность, когда писатели, известные как литераторы под собственными именами могли издавать под именем вымышленного лица особое "собрание сочинений", снабженное к тому же портретом и подробной биографией. К.П.Прутков - равноправный член семьи реально живших русских литераторов. Его мнимое имя занимает законное место в литературном алфавите наряду с подлинными именами его главных опекунов.

Кто же причастен к сотворению этого заслуженного литератора? Кто создал Козьму Пруткова? Называли они себя по разному: приятели, друзья, "ложные друзья", клевреты, опекуны, приближенные советники. Сперва вся затея была всего лишь семейной шуткой. Шутили Алексей Константинович Толстой и его двоюродные братья Алексей, Владимир и Александр Жемчужниковы.

А.Толстой и Жемчужниковы принадлежали к родовитому дворянству, их молодость проходила в условиях отличного достатка. Они отличались здоровьем, талантом и завидным запасом жизнерадостности. В сочетании с большим досугом все это предрасполагало к неистощимому озорству.

Алексей Михайлович Жемчужников был на четыре года моложе А.К.Толстого. Он тоже стал известным поэтом и даже академиком, но таланта был скромного и основательно забылся.
Александр Михайлович Жемчужников в молодости был порядочным озорником, но именно ему выпала честь написать первую басню, положившую начало поэтическому творчеству Козьмы Пруткова. Потом он стал крупным чиновником, но не утратил веселого нрава. И наконец Владимир Михайлович Жемчужников, самый юный из всех "опекунов" Пруткова, стал организатором и редактором публикаций вымышленного поэта.

Сочинения Пруткова, насколько известно, крайне редко переводились на другие языки, в то время как иные юмористы с большим или меньшим успехом поддаются иноязычной передачи, и чужое сознание в разной мере приближается к смыслу оригинала. Здесь же очень трудно, если не возможно, приблизиться потому, что вне этой юмористической стихии в разных ее вариантах (от легкой шутки до ядовитой сатиры) вряд ли что ценное от Пруткова останется.

Особенности такого непосредственного, непереводимого юмора, идущего от очень здорового национального самосознания, нельзя кратко и однозначно сформулировать. Некоторые из них можно переживать только в конкретных образных претворения.

Его "мудрые" изречения давно укрепились в устной и литературной речи, мы постоянно применяем их к явлениям и вопросам текущей жизни; нередко цитируются и отдельные его стихотворения-пародии. В марксистских кругах в пору борьбы с народниками установилась своего рода традиция обращения к К.Пруткову. В частности для Г.В.Плеханова, беспощадного полемиста, К.Прутков, наряду с Гоголем, Щедриным, Крыловым, и Грибоедовым, был неисчерпаемым источником, откуда он брал остроумные и язвительные характеристики своих незадачливых противников. Вот два афоризма:

"Шпионы подобны букве "Ъ". Они нужны в некоторых только случаях, но и тут можно без них обойтиться, а они привыкли всюду соваться".

"Девицы вообще подобны шашкам: не всякой удается, но всякой желается попасть в дамки".

Второй из них принадлежит Пруткову, в нем пародирована "житейская мудрость". А первый принадлежит Пушкину и ровно ничего не пародирует. Просто Пушкин высказывает некую сентенцию в том стиле, острота которого была обозначена им самим: "отменно тонко и умно, что нынче несколько смешно". Оба афоризма внешне очень похожи, что видно и на первый взгляд. В обоих неожиданно сближены предметы, вроде бы не имеющие никаких существенных общих свойств: шпионы - и буква "Ъ"; девицы - и шашки. Они сближены лишь на основании случайно возникшей далекой ассоциации. Такое неожиданное сближение рождает комизм.

И все же дух пушкинского высказывания отличается от прутковского. При всей насмешливости Пушкин высказывает свое игривое рассуждение без "задней мысли". Это то, что называется "житейской мудростью". Впрочем, для Пушкина такие "мудрости" - лишь гимнастика ума, побочный продукт живого и активного воображения. Не то у Пруткова. Для него изречение - любимое дело. Он совершенно серьезен. Его сочинители - остроумные люди, им тесно в рамках стилизованной буквальной "тупости", вроде : "Ревнивый муж подобен турку". Они выходят за рамки и тоже изрекают "мудрости": "Достаток распутного равняется короткому одеялу: натянешь его к носу, обнажается ноги" и многое тому подобное.

Все дело в том, что предметом вышучивания является не "тупость" как таковая, а именно самая, с позволения сказать "мудрость", точнее, та безапелляционность и то беспредельное самодовольство рассудка, с которым он, торжествуя, накидывает свою сетку на неуловимо разнообразную живую жизнь.

Таким образом, Алексей Жемчужников, противопоставляя прутковскую "тупость" "житейской мудрости", на склоне лет явно недооценивал масштаба своих более молодых проказ. Когда Прутков выступает с многообразными пародиями на "мудрость", то в этом сказывается, быть может, так же и косвенная реакция на рационализм, например, на просветительскую веру в безграничную преобразующую силу разума. С изменением исторических условий для людей других эпох в афоризмах Пруткова звучит прежде всего очень здоровая нота - отвращение от абстрактного самонадеянного умствования.

Развенчание ложной мудрости проводится так, как обычно происходит в пародии: посредством известного "пересаливания", путем доведения глубокомыслия до верха претенциозности. Например: "Кончина наступает однажды, а ждем мы ее всю жизнь: боязнь смерти мучительней, чем сама жизнь". Это серьезно говорит французский писатель Лабрюйер. Мысль претендует на универсальность и абсолютную правоту. Видимо, невольно, но с ней перекликается Прутков: "Смерть для того поставлена в конце жизни, чтобы удобнее к ней было приготовиться". Выдержан глубокомысленный тон, сохранен и формально-логический костяк. Достаточно чуть вдуматься, чтобы стало очевидно нелепым допущением того, что смерть могла бы быть и как-то иначе "поставлена", а не "в конце", что здесь еще нужны какие-то особые мотивировки. В свете такой шутки и серьезная сентенция уже не кажется такой незыблемой, абсолютной.

Суждения подобного рода вовсе не обязательно рассмешат в буквальном смысле. Но ведь юмор и не сводится всецело только к "смешному". Юмор - это особого рода мысль, это вольная или невольная оценка. Там, где юмор выступает в форме пародии, он чаще всего является переоценкой чего-то привычного, он является свежим, насмешливым взглядом, проникающим внутрь предмета, сквозь, казалось бы, непререкаемую правильность оболочки.

Недаром сам Прутков после первых же своих выступлений в печати протестует против того, чтобы его творения назывались пародиями: "...Я пишу пародии? Отнюдь!.." В самом деле, такая "пародия", будучи столь же "общим местом", что и пародируемый предмет, оказывается - как это ни удивительно - ближе к действительной жизни и потому истиннее. Она мудрее серьезной непререкаемой "мудрости". Жизнь сложна, и наше познание ее, как известно, в каждый момент относительно. Именно диалектику в познании жизни, - пусть в самом обыденном виде, - и несут в себе мнимо дурашные афоризмы Пруткова.

Будучи гибкими от пропитывающей их внутренней иронии, они не старятся в разных условиях и случаях жизни - и потому они долговечнее неподвижно абсолютной "мудрости". Афоризмы - не только наиболее популярный жанр творчества Пруткова, но и самая определенная его часть.

ПЛОДЫ РАЗДУМЬЯ
МЫСЛИ И АФОРИЗМЫ

1
Обручальное кольцо есть первое звено в цепи супружеской жизни.
2
Жизнь нашу можно удобно сравнивать со своенравною рекою, на поверхности которой плавает челн, иногда укачиваемый тихоструйною волною, нередко же задержанный в своем движении мелью и разбиваемый о подводный камень. Нужно ли упоминать, что сей утлый челн на рынке скоропреходящего времени есть не кто иной, как сам человек?
3
Никто не обнимет необъятного.
4
Нет столь великой вещи, которую не превзошла бы величиною еще большая. Нет вещи столь малой, в которую не вместилась бы еще меньшая.
5
Смотри в корень!
6
Лучше скажи мало, но хорошо.
7
Наука изощряет ум, учение вострит память.
8
Что о тебе скажут другие, коли ты сам о себе сказать не можешь?
9
Самопожертвование есть цель для пули каждого стрелка.
10
Память человека есть лист белой бумаги: иногда напишется хорошо, а иногда дурно.
11
Слабеющая память подобна потухающему светильнику.
12
Слабеющую память можно также сравнить с увядающею незабудкою.
13
Слабеющие глаза всегда уподоблю старому потускневшему зеркалу, даже надтреснутому.
14
Воображение поэта, удрученного горем, подобно ноге, заключенной в новый сапог.
15
Влюбленный в одну особу страстно - терпит другую только по расчету.
16
Если хочешь быть красивым, поступи в гусары.
17
Человек, не будучи одеян благодетельною природою, получил свыше дар портного искусства.
18
Не будь портных,--скажи: как различил бы ты служебные ведомства?
19
Скрывая истину от друзей, кому ты откроешься?
20
Что есть лучшего? -- Сравнив прошедшее, свести его с настоящим.
21
Полезнее пройти путь жизни, чем всю вселенную.
22
Если у тебя есть фонтан, заткни его; дай отдохнуть и фонтану.
23
Женатый повеса воробью подобен.
24
Усердный врач подобен пеликану.
25
Эгоист подобен давно сидящему в колодце.
26
Гений подобен холму, возвышающемуся на равнине.
27
Умные речи подобны строкам, напечатанным курсивом.
28
Начало ясного дня смело уподоблю рождению невинного младенца: быть может, первый не обойдется без дождя, а жизнь второго без слез.
29
Если бы тени предметов зависели не от величины сих последних, а имели бы свой произвольный рост, то, может быть, вскоре не осталось бы на всем земном шаре ни одного светлого места.
30
Стрельба в цель упражняет руку и причиняет верность глазу.
31
Бердыш в руках воина то же, что меткое слово в руках писателя.
32
Магнитная стрелка, непреодолимо влекомая к северу, подобна мужу, который блюдет законы.
33
Первый шаг младенца есть первый шаг к его смерти.
34
Смерть для того поставлена в конце жизни, чтобы удобнее к ней приготовиться. 35
В доме без жильцов -- известных насекомых не обрящешь.
36
Ничего не доводи до крайности: человек, желающий трапезовать слишком поздно, рискует трапезовать на другой день поутру.
37
Пища столь же необходима для здоровья, сколь необходимо приличное обращение человеку образованному.
38
"Зачем,-- говорит эгоист,-- стану я работать для потомства, когда оно ровно ничего для меня не сделало?" -- Несправедлив ты, безумец! Потомство сделало для тебя уже то, что ты, сближая прошедшее с настоящим и будущим, можешь по произволу считать себя: младенцем, юношей и старцем.
39
Вытапливай воск, но сохраняй мед.
40
Пояснительные выражения объясняют темные мысли.
41
Не всякому человеку даже гусарский мундир к лицу.
42
Бди!
43
Камергер редко наслаждается природою.
44
Никто не обнимет необъятного.
45
Три дела однажды начавши, трудно кончить: а) вкушать хорошую пищу; б) беседовать с возвратившимся из похода другом и в) чесать, где чешется.
46
Прежде чем познакомишься с человеком, узнай: приятно ли его знакомство другим?
47
Здоровье без силы -- то же, что твердость без упругости.
48
Все говорят, что здоровье дороже всего; но никто этого не соблюдает.
49
Достаток распутного равняется короткому одеялу: натянешь его к носу, обнажаются ноги.
50
Не растравляй раны ближнего; страждущему предлагай бальзам... Копая другому яму, сам в нее попадешь.
51
Если у тебя спрошено будет: что полезнее, солнце или месяц? -- ответствуй: месяц. Ибо солнце светит днем, когда и без того светло; а месяц -- ночью.
52
Но, с другой стороны: солнце лучше тем, что светит и греет; а месяц только светит, и то лишь в лунную ночь!
53
Самолюбие и славолюбие суть лучшие удостоверения бессмертия души человеческой.
54
Душа индейца, верящего в метемпсихозию, похожа на червячка в коконе.
55
Рассуждай токмо о том, о чем понятия твои тебе сие дозволяют. Так: не зная законов языка ирокезского, можешь ли ты делать такое суждение по сему предмету, которое не было бы неосновательно и глупо?
56
Принимаясь за дело, соберись с духом.
57
Перо, пишущее для денег, смело уподоблю шарманке в руках скитающегося иностранца.
58
Щелкни кобылу в нос -- она махнет хвостом.
59
Не робей перед врагом: лютейший враг человека -- он сам.
60
И терпентин на что-нибудь полезен!
61
Всякий необходимо причиняет пользу, употребленный на своем месте. Напротив того: упражнения лучшего танцмейстера в химии неуместны; советы опытного астронома в танцах глупы.
62
Часами измеряется время, а временем жизнь человеческая; но чем, скажи, измеришь ты глубину Восточного океана?
63
Говорят, что труд убивает время; но сие последнее, нисколько от этого не уменьшается, продолжает служить человечеству и всей вселенной постоянно в одинаковой полноте и непрерывности.
64
На дне каждого сердца есть осадок.
65
Под сладкими выражениями таятся мысли коварные: так, от курящего табак нередко пахнет духами.
66
Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
67
Никто не обнимет необъятного!
68
Болтун подобен маятнику: того и другой надо остановить.
69
Два человека одинаковой комплекции дрались бы недолго, если бы сила одного превозмогла силу другого.
70
Не все стриги, что растет.
71
Ногти и волосы даны человеку для того, чтобы доставить ему постоянное, но легкое занятие.
72
Иной певец подчас хрипнет.
73
Поощрение столь же необходимо гениальному писателю, сколь необходима канифоль смычку виртуоза.
74
Единожды солгавши, кто тебе поверит?
75
Жизнь -- альбом. Человек -- карандаш. Дела -- ландшафт. Время -- гумиэластик: и отскакивает и стирает.
76
Продолжать смеяться легче, чем окончить смех.
77
Смотри вдаль -- увидишь даль; смотри в небо -- увидишь небо; взглянув в маленькое зеркальце, увидишь только себя.
78
Где начало того конца, которым оканчивается начало?
79
Чем скорее проедешь, тем скорее приедешь.
80
Если хочешь быть счастливым, будь им.
81
Не в совокупности ищи единства, но более -- в единообразии разделения.
82
Усердный в службе не должен бояться своего незнания; ибо каждое новое дело он прочтет.
83
Петух пробуждается рано; но злодей еще раньше.
84
Усердие все превозмогает!
85
Что имеет -- не храним; потерявши -- плачем.
86
И устрица имеет врагов!
87
Возобновленная рана много хуже противу новой.
88
В глубине всякой груди есть своя змея.
89
Только в государственной службе познаешь истину.
90
Иного прогуливающегося старца смело уподоблю песочным часам.
91
Не шути с женщинами; эти шутки глупы и неприличны.
92
Чрезмерный богач, не помогающий бедному, подобен здоровенной кормилице, сосущей с аппетитом собственную грудь у колыбели голодающего дитяти.
93
Магнит показывает на север и на юг; от человека зависит избрать хороший или дурной путь жизни.
94
На чужие ноги лосины не натягивай.
95
Человек раздвоен снизу, а не сверху,-- для того, что две опоры надежней одной. 96
Человек ведет переписку со всем земным шаром, а через печать сносится даже с отдаленным потомством.
97
Глупейший человек был тот, который изобрел кисточки для украшения и золотистые гвоздики для мебели.
98
Многие люди подобны колбасам: чем их начинят, то и носят в себе.
99
Чувствительный человек подобен сосульке; пригрей его, он и растает.
100
Многие чиновники стальному перу подобны.
101
Специалист подобен флюсу: полнота его одностороння.
102
В здании человеческого счастья дружба возводит стены, а любовь образует купол.
103
Взирая на высоких людей и на высокие предметы, придерживай картуз свой за козырек.
104
Плюнь тому в глаза, кто скажет, что можно обнять необъятное!
105
Земной шар, обращающийся в беспредельном пространстве, служит пьедесталом для всего, на нем обретающегося.
106
Если на клетке слона прочтешь надпись "буйвол", не верь глазам своим.
107
Муравьиные яйца более породившей их твари; так и слава даровитого человека далеко продолжительнее собственной его жизни.
108
Всякая вещь есть форма проявления беспредельного разнообразия.
109
Во всех частях земного шара имеются свои, даже иногда очень любопытные, другие части.
110
Глядя на мир, нельзя не удивляться!
111
Самый отдаленный пункт земного шара к чему-нибудь да близок, а самый близкий от чего-нибудь да отдален.
112
Философ легко торжествует над будущею и минувшею скорбями, но он же легко побеждается настоящею.
113
Небо, усеянное звездами, всегда уподоблю груди заслуженного генерала.
114
Доблий муж подобен мавзолею.
115
Вакса чернит с пользою, а злой человек -- с удовольствием.
116
Пороки входят в состав добродетели, как ядовитые снадобья в состав целебных средств.
117
Из всех плодов наилучшие приносит хорошее воспитание.
118
Любовь, поддерживаясь, подобно огню, непрестанным движением, исчезает с надеждою и страхом.
119
Рассчитано, что петербуржец, проживающий на солнопеке, выигрывает двадцать процентов здоровья.
120
Человеку даны две руки на тот конец, дабы он, принимая левою, раздавал правою.
121
Иногда достаточно обругать человека, чтобы не быть им обманутым!
122
В сепаратном договоре не ищи спасения.
123
Ревнивый муж подобен турку.
124
Почти всякий человек подобен сосуду с кранами, наполненному живительною влагою производящих сил.
125
Умная женщина подобна Семирамиде.
126
Любой фат подобен трясогузке.
127
Вестовщик решету подобен.
128
Девицы вообще подобны шашкам: не всякой удается, но всякой желается попасть в дамки.
129
Всегда держись начеку!
130
Спокойствие многих было бы надежнее, если бы дозволено было относить все неприятности на казенный счет.
131
Не ходи по косогору, сапоги стопчешь!
132
Советую каждому: даже не в особенно сырую и ветренную погоду закладывать уши хлопчатою бумагою или морским канатом.
133
Кто мешает тебе выдумать порох непромокаемым?
134
Снег считают саваном омертвленной природы; но он же служит первопутьем для жизненных припасов. Так разгадайте же природу!
135
Барометр в земледельческом хозяйстве может быть с большою выгодою заменен усердною прислугою, страдающею нарочитыми ревматизмами.
136
Собака, сидящая на сене, вредна. Курица, сидящая на яйцах, полезна. От сидячей жизни тучнеют: так, всякий меняло жирен.
137
Неправое богатство подобно кресс-салату,-- оно растет на каждом войлоке.
138
Всякая человеческая голова подобна желудку: одна переваривает входящую в оную пищу, а другая от нее засоряется.
139
Вещи бывают великим и малыми не токмо по воле судьбы и обстоятельств, но также по понятиям каждого.
140
И саго, употребленное не в меру, может причинить вред.
141
Взирая на солнце, прищурь глаза свои, и ты смело разглядишь в нем пятна.
142
Время подобно искусному управителю, непрестанно производящему новые таланты взамен исчезнувших.
143
Талантами измеряются успехи цивилизации, и они же представляют верстовые столбы истории, служа телеграммами от предков и современников к потомству.
144
И при железных дорогах лучше сохранять двуколку.
145
Покорность охлаждает гнев и дает размер взаимным чувствам.
146
Если бы все прошедшее было настоящим, а настоящее продолжало бы существовать наряду с будущим, кто был бы в силах разобрать: где причины и где последствия?
147
Счастье подобно шару, который подкатывается: сегодня под одного, завтра под другого, послезавтра под третьего, потом под четвертого, пятого и т.д., соответственно числу и очереди счастливых людей.
148
Иные настойчиво утверждают, что жизнь каждого записана в книге Бытия.
149
Не совсем понимаю: почему многие называют судьбу индейкою, а не какою-либо другою, более на судьбу похожею птицею?
150
Козыряй!
151
Лучшим каждому кажется то, к чему он имеет охоту.
152
Издание некоторых газет, журналов и даже книг может приносить выгоду.
153
Никогда не теряй из виду, что гораздо легче многих не удовлетворить, чем удовольствовать.
154
Хорошего правителя справедливо уподобляют кучеру.
155
Добрая сигара подобна земному шару: она вертится для удовольствия человека. 156
Бросая в воду камешки, смотри на круги, ими образуемые; иначе такое бросание будет пустою забавою.
157
Благочестие, ханжество, суеверие -- три разницы.
158
Степенность есть надежная пружина в механизме общежития.
159
У многих катанье на коньках производит одышку и трясение.
160
Опять скажу: никто не обнимет необъятного!

 

 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить