А. С. Майданов Коаны чань-буддизма как парадоксы

 

  Коан - это чрезвычайно интересный, колоритный, динамичный и, можно сказать, живой феномен мысли. Живой в том смысле, что в нем действительно пульсирует жизнь: взаимодействуют и перекликаются между собой образующие его элементы, передают свой смысл друг другу, часто конфликтуют, преображают друг друга, вступают в отношения с создавшими коан людьми, с ситуацией, в которой он возник. Его порождает активно работающее мышление автора, а затем он побуждает к интенсивной творческой активности мышление слушателя.
  Термин «коан» представляет собой японское произношение китайского «гуньань», что буквально означает «публичный отчет», «общественный акт». Этимология этого слова показывает, что коаны предназначались для общения, часто публичного, между учителем буддийской общины и его учениками. Определить коан можно следующим образом: это краткий диалог, чаще всего в форме вопроса и ответа, между элементами которого на первый взгляд отсутствует логическая связь. Вследствие этого коан производит впечатление алогичной, иррациональной загадки, парадоксальной задачи, не имеющей рационального решения средствами дискурсивного, логического мышления…

 

***

 

1. Понятие коанов и их классификация


Что такое коан? Если иметь в виду не теорию диалектического мышления, а его практику, то наиболее яркими вспышками этого мышления в европейской культуре были диалоги Сократа, которые он вел с афинянами, и диалоги Платона, а также мышление физиков и астрофизиков XX века, совершивших революцию в этих областях знания. В восточной философско-религиозной традиции образцом подобного мышления были и остаются коаны, возникшие и интенсивно развивавшиеся в китайской и японской школах буддизма - соответственно в чань- и дзэн-буддизме. В них отразились такие характерные для диалектического мышления черты, как противоречивость, разнообразие, динамическое единство, взаимосвязь и взаимоотрицание, острая полемичность. Европейская теория диалектического мышления была разработана на основе рационального европейского мышления, и ее создатели смогли сформулировать довольно развитую логику этого мышления - диалектическую. Но вне поля их исследований осталось динамичное, по большей части интуитивное мышление представителей восточного диалектического мышления, в котором имеется немало других способов и приемов диалектической мысли. Их выявление может помочь обогащению теории и практики этого мышления и тем самым сможет показать, что европейская и восточная традиции находятся в данном вопросе в отношении взаимной дополнительности.

Коан - это чрезвычайно интересный, колоритный, динамичный и, можно сказать, живой феномен мысли. Живой в том смысле, что в нем действительно пульсирует жизнь: взаимодействуют и перекликаются между собой образующие его элементы, передают свой смысл друг другу, часто конфликтуют, преображают друг друга, вступают в отношения с создавшими коан людьми, с ситуацией, в которой он возник. Его порождает активно работающее мышление автора, а затем он побуждает к интенсивной творческой активности мышление слушателя.

Термин «коан» представляет собой японское произношение китайского «гуньань», что буквально означает «публичный отчет», «общественный акт»1. Этимология этого слова показывает, что коаны предназначались для общения, часто публичного, между учителем буддийской общины и его учениками. Определить коан можно следующим образом: это краткий диалог, чаще всего в форме вопроса и ответа, между элементами которого на первый взгляд отсутствует логическая связь. Вследствие этого коан производит впечатление алогичной, иррациональной загадки, парадоксальной задачи, не имеющей рационального решения средствами дискурсивного, логического мышления. В самом деле, не таким ли кажется, например такой коан:

Учитель Тодзан взвешивал лен, когда монах спросил его: «Что есть Будда?» Тодзан ответил: «Этот лен весит три фунта».

Уже из этого коана видно, что в подобных текстах соединяются, казалось бы, несовместимые, противоположные явления, высказывания, в результате чего возникают или парадоксальные, или безвыходные, или даже абсурдные ситуации. Но
-----------------------
1 Я буду в дальнейшем использовать термин «коан», поскольку он является более распространенным. Что касается других терминов чань (дзэн)-буддизма и особенно имен его приверженцев, которые употребляются в собственно буддийских и в буддологических текстах то в китайском, то в японском написании, я буду следовать тому, как они употребляются в этих текстах.


оказывается, что именно в создании таких ситуаций и заключается цель и предназначение коанов. Для уяснения этого обратимся к истории их возникновения.

Китайская разновидность буддизма - чань - ведет свое начало от патриарха Бодхидхармы, который в VI веке пришел из Индии. «Чань» - это китайское произношение санскритского «дхьяна» - сосредоточение, концентрация, медитация. На японском языке «чань» произносится «дзэн». Целью каждого последователя чань было и остается достижение просветления, озарения, которое, по мнению буддистов, раскрывает истинную природу его самого и всей реальности. Путь к такому состоянию довольно трудный. Как писал выдающийся японский буддолог Судзуки Дайсэцу (1887-1966), к X веку в дзэн усилилась тенденция к отказу от разработанного основателями этого учения иррационального метода достижения просветления (сатори), опирающегося на непосредственное переживание предмета мысли и интуицию, полностью вытесняющую рассудочное, логическое мышление. Напротив, адепты дзэн стали искать ответы на задаваемые им учителями вопросы логическим путем, сделали их предметом рассудочного анализа. Для дзэн возникла опасность утраты своей антирассудочной направленности, вытесняемой интеллектуализмом. И тогда учителя дзэн ради его спасения ввели метод коанов1.

Были отобраны некоторые вопросы и утверждения древних учителей, которые стали использоваться в качестве средства пробуждения глубинного уровня сознания. Новый метод преследовал две цели:
«1. Проверить работу разума, или, скорее, позволить разуму самому определить свои собственные границы и признать, что существуют некие недоступные для него области.
2. Ускорить созревание существенных для Дзэна элементов сознания, что, в конечном итоге, неожиданно приводит к состоянию сатори»2.
------------------
1 Дзэн-Буддизм. Судзуки Д. Основы Дзэн-Буддизма. Кацуки С. Практика Дзэн. С 298.
2 Там же. С. 288.


Коаны должны вызвать у ученика напряженное состояние сознания, при этом рассудок бездействует, более поверхностная деятельность разума успокаивается, а более глубокие, центральные части его, которые обычно скрыты, могут быть вытащены на поверхность, где их заставляют выполнять свои естественные функции. Эмоциональные и волевые центры, являющиеся действительной основой личности, как утверждает Судзуки, подвергаются предельному напряжению для решения коана. Непрекращающийся ни на секунду поиск в конце концов приводит к пробуждению дзэнского сознания - просветлению 1. Коаны, как говорит Судзуки, должны вызвать такое состояние сознания, выражением которого являются содержащиеся в них утверждения. Когда понят коан, тогда понято умственное состояние учителя, высказавшего его 2. Коан ставит человека в экстремальную психологическую ситуацию, в которой начинает интенсивно работать его ум. Происходит сильнейшая концентрация этого ума, прекращается его блуждание, преодолевается его ограниченность, и, в конце концов, совершается выход за его пределы - к тому, что называется праджня, т. е. озарение, высшая мудрость.

Расцвет метода коанов происходил в Китае в IX-XI веках, в школе учителя Линьцзи (япон. Риндзай) - одном из пяти направлений чань-буддизма. В этой школе применялись к ученикам жесткие и динамичные формы шокового воздействия на их психику - внезапные удары палкой или кулаком, оглушительное восклицание «хэ!», а также коаны, которые производили подобное воздействие на посвящаемых. Коаны стали одним из основных методов практики психотренинга и психической саморегуляции в школе Линьцзи. Получив от учителя коан, монахи подолгу медитировали на них, отыскивая решение. Постепенно сложилось около 1700 коанов, считающихся классическими. Более 100 наиболее значительных из них можно прочитать в книгах «Плоть и кость дзэн», «Золотой век дзэн» и в книге вьетнамского мастера дзэн Тит Нат Хана «Ключи дзэн».
-------------------------
1 Дзэн-Буддизм. Судзуки Д. Основы Дзэн-Буддизма. Кацуки С. Практика Дзэн. С. 298.
2 Там же. С. 287.

Каждый коан наделен глубоким смыслом. Им может быть то или иное положение буддийского учения, в том числе онтологические идеи, та или иная социальная или этическая идея, норма поведения и другое жизненно важное содержание, относящееся в том числе к образу жизни последователей этого учения. Но своеобразие коанов в том, что их смысл не выражен явно; напротив, он или целиком не представлен в коане каким-либо языковым элементом, или представлен крайне фрагментарно, иносказательно, туманно. Вследствие этого коаны выглядят загадочными, непонятными, энигматичными. Их характерной чертой является противоречие между смыслом и его выражением, - такое разительное противоречие, которое ставит в тупик читающего или слушающего коан, производит впечатление алогичности, отсутствия возможности его истолкования. Учителя дзэн-буддизма настаивают на невозможности логического, рассудочного постижения смысла коанов. Оно, по их мнению, доступно лишь интуитивной мудрости, к которой, в свою очередь, лежит длительный путь преобразования ума. «Не трудно заметить, - писал Судзуки, - что коан совершенно не допускает умственной интерпретации. Скальпель интеллекта не в состоянии вскрыть его и посмотреть, что находится внутри, так как коан не является логическим утверждением, а вызывает определенное умственное состояние, вызванное практикой Дзэна. Например, какая логическая связь может существовать между Буддой и тремя цинями хлопка, или между тайным посланием Бодхидхармы и кипарисом»?1


Современный тайваньский учитель чань-буддизма Син-Юнь вторит ему: «Совершенно верно, что многие слова и выражения чаньских учителей нельзя понять рассудком, ибо чань по самой своей природе превосходит любое рассудочное мышление».2 Вьетнамский мастер буддизма Тит Нат Хан разделяет это мнение: «Коаны - это не материал для изучения и исследования»3. Некоторые буддологи также отрицают возможность
рассудочного постижения смысла коанов. Так, например, Н. В. Абаев и С. П. Нестеркин пишут: Коан - «парадоксальная задача, не имеющая рационального решения на уровне дискурсивно-логического мышления»1.
---------------------
1 Дзэн-Буддизм. Судзуки Д. Основы Дзэн-Буддизма. Кацуки С. Практика Дзэн. С. 288-289.
2 Великий учитель Син-Юнь. Чаньские беседы. СПб.: «Петербургское востоковедение», 1998. С. 158.
3 Тит Нат Хан. Ключи дзен. Преображение и целительство. М.: «Нирвана», 2004. С. 36.


Но так ли это на самом деле? И не следует ли попытаться подойти к пониманию природы коанов с рациональной точки зрения? Не попробовать ли все же поискать логику этих странных феноменов? Я полагаю, что для этого есть основания, что у коанов есть своя логика и своя диалектика. К этой мысли в конце концов приходит и Судзуки. «Всему Дзэн свойственна непонятная абстрактная логика, - пишет он. - Переживание, имеющее место в Дзэне, как бы открывает закрытую дверь и показывает все сокровища, скрытые за ней. Оно неожиданно перескакивает за пределы логики и порождает свою собственную диалектику»2. Таким образом, Судзуки допускает присутствие какой-то логики в методе коанов, но говорит, что она уводит за пределы общепринятой, разработанной в европейской философии логике. Задача, следовательно, состоит в поиске этой логики, в выявлении ее своеобразия, в явной ее экспликации.

Когда Тит Нат Хан говорит, что «каждый коан следует считать пальцем, указывающим на реальность вашей истинной природы, а также на реальность мира»3, он тем самым обращает внимание на одну из важнейших связей, имеющих место между коанами и реальностью. А такие связи, такие отношения уже могут рассматриваться в качестве элементов логики коанов и дзэн-буддизма в целом. Если коан имеет смысл, то этот смысл возможен лишь тогда, когда между элементами коана, между коаном и практикующими с ним учителем и учеником, между коаном и ситуацией, в которой он возник, существуют определенные отношения. А они-то и могут составить логику коанов. И хотя адепты дзэн-буддизма стремятся отвлечься от
-----------------------
1 Китайская философия: Энциклопедический словарь. М.: Мысль, 1994. С. 82.
2 Дзэн-Буддизм. Судзуки Д. Основы Дзэн-Буддизма. Кацуки С. Практика Дзэн. С. 197.
3 Тит Нат Хан. Ключи дзен. Преображение и целительство. С. 36.


этих реальных отношений, пытаются найти смысл коанов вне их самих, посредством сильного специфического переживания, интуитивно, но, однако, независимо от их интенций эти отношения складываются объективно в ситуации использования данного метода и могут быть рационально обнаружены и структурированы. Такая непростая задача ставится в данном исследовании. При этом я, используя данный подход, отвлекаюсь от предназначения коанов как средства достижения состояния сатори. Моя цель - показать возможность существования иного, отличного от аристотелевского, типа логики. Цель предлагаемого анализа - выявить ту своеобразную логику, которая присуща всякому творческому мышлению, как в европейской, так и в восточной традиции. И коаны являются для этого весьма благодатным материалом. Они позволяют обнаружить разные виды парадоксов, различные, не только чисто мыслительные, факторы, участвующие в творческом процессе. Такие результаты, несомненно, могут помочь обогатить рационально формируемую теорию творческого мышления.

Классификация коанов. Коаны довольно существенно различаются между собой по конкретному назначению, специфическим функциям в процессе их использования. У них может быть разный характер содержания, разная форма текста; т. е. они отличаются друг от друга и тем, как это содержание, этот текст отображает свой предмет - событие, явление, объект, поступок и т. д. В зависимости от этого можно выделить несколько форм коанов.

1. Краткое утверждение. Примером такой формы может быть следующий коан:
Учитель дзэн Нансэн сказал: «Ум - не Будда, учеба -не путь».

2. Вопрос. Эта форма довольно часто встречается в общем корпусе классических коанов. Приведем коан, автором которого является знаменитый японский учитель дзэн Хакуин Экацу (1683-1768) из школы Риндзай: «Что представляет собой звук хлопка одной ладонью?». Или вот другой пример: Учитель Хо-гэн услышал дискуссию странствующих монахов о субъективном и объективном и спросил их: «Вот большой камень. Как вы считаете, он внутри или снаружи вашего ума?».

3. Краткий диалог в форме вопроса и ответа. В чань-буддизме эта форма называется вэнь да, в дзэн - мондо, что буквально означает «вопрос - ответ». Эта форма также одна из наиболее употребительных. Вот пример подобного коана:
«Монах спросил учителя Дзесу, зачем Бодхидхарма пришел в Китай. "Кипарис в саду", - ответил Дзесу».

4. Парадокс. Хотя все коаны в какой-то степени содержат элемент парадокса, но среди них есть такие, содержание которых полностью, в чистом виде является парадоксом. Такого рода коанов также немало среди их общего числа. Вот один из примеров. Басе сказал ученику:
«Если у тебя есть посох - я тебе его дам. Если у тебя нет посоха - я его у тебя заберу».

5. Дилемма. Подобную форму коана учителя дзэн часто используют, когда хотят поставить ученика перед трудным выбором, перед безвыходной, казалось бы, ситуацией. Примером такого коана может быть следующий:
Вообразите, что кто-то забрался на дерево и повис, зацепившись за ветку зубами, опустив руки, и не касаясь ничего ногами. Прохожий задает ему вопрос относительно основных принципов буддизма. Если он не ответит, то это будет расценено, как грубое уклонение от ответа, а если попытается ответить, то разобьется насмерть. Как же ему выбраться из этого затруднительного положения?

6. Загадка. Мы уже говорили, что всем коанам присуща некоторая загадочность в смысле большей или меньшей непонятности, неясности. Но существуют коаны, имеющие обычную, традиционную форму загадки. Чаще всего такой коан, как это и характерно для загадок, отображает какое-то содержание в метафорической форме, и нужно разгадать зашифрованный таким образом предмет, явление, признак. Вот пример такого коана:
Хякудзё сказал собравшимся: «Один ест мало, но не голоден; другой не прекращает есть, но не насыщается». Монахи молчали.

Английский исследователь дзэн-буддизма P. X. Блайс (1898-1964) таким образом раскрывает смысл этой загадки: «Мы должны уподобиться им обоим, всегда полниться энергией, но не быть амбициозными»1.

6. Абсурд, нелепость, отговорка. Именно в такой форме выступает содержание некоторых коанов. Создавая их, учителя дзэн хотели тем самым показать несущественность, незначительность задаваемого их учениками вопроса, сказать, что они и сами могут найти ответ на этот вопрос. В подобных коанах просматривается одна из характерных черт мастеров дзэн - их склонность к юмору, их желание порой посмеяться, позабавиться над своими подопечными. Таким, например, был ответ учителя Дайтэна своему ученику. Когда тот спросил: «Океан страданий глубок. Как построить паром или лодку, чтобы пересечь его?». Дайтэн ответил: «Из дерева». Учителя могли высмеять несмышленных монахов, приписывая им нелепые вопросы. Например, в одном коане говорится о том, как монах Вакуан, глядя на портрет бородатого Бодхидхармы, выражал недовольство, задавая такой нелепый вопрос: «Почему этот человек без бороды?». Абсурдность подобных вопросов проистекает из того, что по отношению к какому-нибудь действительному явлению утверждается нечто противоположное его признакам, несвойственное ему.

Изложенная классификация коанов методологически важна для понимания их своеобразия. Определение формы того или иного коана может помочь уяснению его свойства, выявлению его логики, а также явится необходимой предпосылкой для постижения способа его построения.
------------------------
1 Тит Ham Хан. Ключи дзен. Преображение и целительство. С. 36.


2. Способы построения коанов, или как создаются парадоксы


Хотя мастера чань порой утверждают, что коаны формируются стихийно и главным образом интуитивно, тем не менее анализ их содержания и структуры позволяет выявить ряд специфических приемов, которые объективно участвуют в этом процессе и отражаются в отношениях между элементами коанов. Сразу отметим, что главным методом построения коанов является метод контраста, который реализуется посредством того или иного способа соотнесения противоположностей. Это относится и к содержанию, и к языку, и к внутренним отношениям в коанах. При этом в качестве противоположностей могут выступать и реальные объекты с их свойствами, и ментальные феномены - мысленные образы, понятия, слова, их значения.

Охарактеризуем наиболее часто встречающиеся способы оперирования с противоположностями в процессе построения коанов.

I. Соединение противоположностей. Этот способ объединяет в одну структуру противоположные феномены таким образом, что они образуют целое, элементы которого тем или иным способом дополняют, восполняют, обогащают, модифицируют друг друга, придают друг другу новый статус и т. д. Данный способ реализуется с помощью ряда особых приемов.

1. Дополнение какого-либо феномена его противоположностью. Цель этого приема - показать ошибочность использования того или иного явления, действия и т. п. обособленно от их полярных коррелятов. Такое использование из-за своей односторонности оказывается неэффективным и даже ущербным. Продемонстрируем это на примере коана «Кулак Мокусэна».

Один из последователей Мокусэна пожаловался ему на скупость своей жены. Мокусэн пришел к ней и выставил перед ее лицом крепко сжатый кулак.
- Что это значит? - спросила изумленная женщина. -Если бы моя рука была такой всегда. Как бы ты
это назвала? - спросил он.
- Увечьем.
Тогда он распрямил ладонь перед ее лицом и спросил: -А если бы она всегда была вот такой,- что бы это было?
- Другое увечье, - ответила женщина.
- Если ты это понимаешь, - заключил Мокусэн, - ты хорошая жена.
И ушел.
После этого жена стала помогать мужу не только накапливать, но и тратить.


Из этого коана видно, к каким нежелательным последствиям (прежде всего, в отношении моральной атмосферы в семье) приводит однобокое обращение с деньгами, а именно одно лишь их накопление. Только будучи дополненным противоположным действием - разумными тратами, - оно вносит равновесие в финансовую сферу семейной жизни, гармонизирует отношения между супругами. Парадоксальность данного коана проявляется в необычной форме выражения монахом предлагаемой им идеи. Вместо ясного изложения этой идеи словами, он прибегает к жестам, не сразу понятным, один из которых (кулак) представляет накопительство, а другой (ладонь) - расходование денег. И то и другое по отдельности является «увечьем» в обращении с деньгами, так что этой односторонности следует противопоставить единство этих противоположных действий. В этой своей форме коан выступает в качестве проверки истинности утверждений и их корректировки в случаях одностороннего отображения явлений.

2. Соединение разнородных реалий. С помощью этого приема строятся комбинации, элементы которых, взятые по отдельности, являются вполне обычными, нормальными феноменами. Но чаньские мастера, взяв их совершенно из разных областей и соединив, производят нечто нереальное, в таком виде в действительности невозможное. Примером может быть следующий коан.

«- Я прислуживаю вам уже давно, но мне все еще недоступно ваше видение вещей, - сказал монах.
- Пойми свое непонимание! - ответил Эймё.
- Если я не понимаю, как я могу его понять?
- Из лона коровы появляется на свет слоненок; синее море курится желтой пылью».


Цель такого коана, как следует из комментария английского исследователя дзэн-буддизма P. X. Блайса, поставить слушающего в тупик посредством подобных образов, чтобы он понимал еще меньше. Это непонимание приблизит ученика к отчаянию, благодаря чему становится более возможным достижение просветления.

В одном из дзэнских поучений по существу дается предписание, как строить подобные коаны. Это весьма похоже на сочинение стихов.

Знаменитого японского поэта спросили, как написать китайское стихотворение. Он объяснил так. Обычно китайское стихотворение состоит из четырех строк. В первой находится начальная фраза, во второй - ее продолжение, третья переходит от старого предмета к новому, а четвертая соединяет вместе три первые строки. Вот как это видно на примере известной японской песни:

Есть дочери в Киото у торговца шелком:
Лет двадцать старшей, младшей - восемнадцать.
Мечом способен зарубить солдат.
А девы эти - взглядом убивают.

Мы видим на данном примере, как соединение свойств различных феноменов (способности меча убивать и свойства взгляда дев сильно воздействовать на юношу) в поэзии порождает метафоры, а в практике дзэн - трудные для понимания, сбивающие с толку фантастические гибридные образы.

3. Соединение реального и воображаемого. Благодаря этому приему совершаются действия и события, которые в действительности или нежелательны, или невозможны. Тем самым создается парадоксальная картина реально невозможного единства. Так, на вершине горы может расти трава без корней, листья могут шелестеть, хотя нет ветра. В другом коане воображаемым мечом совершают воображаемое отсечение головы. Суть такого приема - утверждение чего-то, противоположного реальному, приписывание последнему неестественных черт, вследствие чего реальность наполняется ментальным, художественным содержанием, становится более впечатляющей, загадочной, фантастичной. В целом картина приобретает особый, сокровенный смысл.

4. Соединение разных толкований символов, высказываний. Часто одни и те же символы и высказывания можно истолковать по-разному. На этом их свойстве мастера чань построили немало коанов. Поскольку толкования могут иметь противоположный смысл, то коаны приобретают вид противоречивых структур. Вот, например, коан «Диспут за приют».

В одном храме на севере Японии жили вместе два брата-монаха. Старший был ученым, а младший глупым и кривым на один глаз.
Однажды странствующий монах попросил приюта, вызвав их, как полагалось, на диспут о тонкостях учения. Устав за день от занятий, старший брат приказал младшему пойти вместо себя. «Иди и предложи дискутировать молча»,— предупредил он его.
Молодой монах и странник вошли в храм и уселись там. Вскоре пришелец встал, и зайдя к старшему брату, сказал: «Твой младший брат - замечательный парень. Он выиграл диспут». - «Расскажи мне, как это произошло», — попросил старший.
Так вот, - начал странник, - сперва я поднял вверх один палец, представляя Будду, Просветленного. Он же поднял два пальца, обозначая Будду и его учение. Тогда я поднял три пальца, символизируя Будду, его учение и его последователей, живущих в гармонии. На это он потряс перед моим лицом сжатым кулаком, показывая, что все они происходят из одного и того же осознания. Поэтому он победил меня, и я не могу здесь больше оставаться. Сказав так, путник ушел.
- Где этот тип? - спросил, вбегая, младший брат.
- Я понял, что ты победил его.
- Я не победил, но зато сейчас я его отделаю!
- Ну-ка расскажи мне о диспуте.
- Едва завидев меня, он тут же поднял один палец, нагло намекая на то, что у меня всего один глаз. Поскольку он человек посторонний, то я решил быть с ним вежливым и поднял два пальца, поздравляя его с тем, что у него есть оба глаза. Тогда этот бесстыжий негодяй поднял три пальца, показывая, что у нас всего три глаза на двоих. Тут я рассвирепел и только было начал его бить, как он сбежал.


Участники этого диалога исходили из разных контекстов при толковании воспринимаемых знаков: глупый монах истолковывал их, исходя из представлений о себе, другой же монах исходил из представлений о чаньском учении. В итоге возникла ситуация, очень похожая на театральную сцену иронического, комического содержания, когда персонажи, используя одинаковые слова и высказывания, имеют в виду тем не менее разный их смысл.

Для построения подобного типа коанов может использоваться несколько иной вариант данного приема. В этом случае используется определенная последовательность высказываний, но беседующие по-разному подходят к их толкованию: один истолковывает каждое высказывание из этой последовательности отдельно, другой толкует всю последовательность в целом. Так построен коан «Истинное процветание».

Один богатый человек попросил как-то Сэнгая написать что-нибудь для постоянного процветания его семьи, чтобы это можно было хранить, как сокровище, от поколения к поколению.
Сэнгай достал большой лист бумаги написал: «Умирает отец, умирает сын, умирает внук». Богач рассердился:
- Ведь я же прост тебя написать что-нибудь на счастье моей семье! Зачем ты так шутишь?
-Я не собирался шутить, - объяснил Сэнгай. - Если бы твоему сыну пришлось умереть прежде твоей смерти, это безмерно опечалило бы тебя. Если б твоему внуку пришлось покинуть этот мир раньше твоего сына, то оба вы были бы убиты горем. Если в твоем роду поколение за поколением будет уходить в записанном мною порядке - это будет естественным течением жизни. Вот что я называю истинным процветанием.


В этом коане оказались соединенными такие противоположности, как трагическое и естественное, нормальное. При толковании подобных текстов нужно уметь, во-первых, видеть их разноплановость, а во-вторых - правильно определять главный план. А этот план определяется характером отношения к жизни. Чань-буддизм подсказывает, что это отношение должно быть оптимистичным, каковым является и само это учение.

5. Соединение взаимоисключающих противоположностей. Этот прием довольно часто используется мастерами чань для построения коанов. Именно он создает наиболее трудные и невероятные мыслительные структуры. Для этого чань-буддисты считают вполне допустимой такую операцию, как соединение утверждения и отрицания.

«Наличие и отсутствие ума в действительности есть истинный ум», — говорит, например, наставник Хуанбо. Другой учитель чань на вопрос монаха о том, что он делает, отвечал: «Думаю о недумании». Монах удивился: «Как же?» И тогда учитель ответил еще более загадочно, но как раз в соответствии с логикой этого приема: «Думаю о недумании не думая». Другой учитель - Дуньшань, характеризуя себя, так же воспользовался этим приемом: «Когда я бродш сегодня один, повсюду меня окружат каначы. Ныне вода в канале - это был Я, однако Я не был водой в канале».

Мы видим, что в подобных случаях учителя чань пользуются логикой, противоположной логике Аристотеля. Тит Нат Хан пишет о таком способе размышления:

Согласно классической логике «А есть А, Б есть Б». Доктрина чань «утверждает, что А не есть А, Б не есть Б, А может быть Б»1. В рамках такой логики вполне закономерен вопрос, который монах задает учителю Сёдзану: «Знаете ли Вы утверждение, которое не правильно и не ошибочно, не реально и не иллюзорно?». И учитель положительно отвечает на этот вопрос.

Нам же нужно понять приемы этой логики и тем самым открыть иные возможности творческого мышления. А кроме того, посмотреть, не функционирует ли такая логика в научном мышлении европейской интеллектуальной традиции?

II. Противопоставление противоположностей. Этот способ соотнесения противоположностей также реализуется с помощью разных приемов. Эти приемы отличаются друг от друга характером самих противоположностей.
-------------------
1 Тит Наш Хан. Ключи дзен. Преображение и целительство. С. 14.


1. Противопоставление противоположных реалий действительности^ В качестве таких реалий могут использоваться оппозиции самых различных феноменов - противоположные условия или предпосылки чего-либо, способы жизнедеятельности, образы поведения, добро и зло, вера и неверие, различные убеждения, точки зрения и т. д. Так, в комментарии Мумона к коану «Безбородый иностранец» противопоставляются различные условия, одно из которых позволяет достичь способности видеть патриарха Бодхидхарму, другое - нет. «Если вы хотите постичь дзэн, то должны изучать его [всем] своим сердцем. Когда вы достигнете осознания, это должно быть подлинное осознание. Вы сами должны обладать лицом великого Бодхидхармы, чтобы его увидеть. Тогда хватит лишь одного взгляда. Но если вы скажете, что встретили его, то никогда его не увидите вовсе»1.

В этом коане первое условие помогает выработать способность видения патриарха внутренним взором (чем только и можно постичь его истинную природу), второе же условие (видение обычное, физическое) не позволяет сделать это.

В другом коане противопоставляются разные понимания пути достижения подлинной природы человека.

Дзёсю спросил Нансэна:
- Что есть путь?
- Путь - это повседневная жизнь, - ответил Нансэн.
- А можно ли этому научиться? - спросил Дзёсю.
- Путь не принадлежит воспринимаемому миру. Также не принадлежит он и миру невоспринимаемому.

Можно сделать вывод, что целью коанов, построенных с помощью данного способа соотнесения противоположностей, является помощь последователям чань-буддизма в выборе ими истинного пути, разумного образа жизни, правильного понимания учения Будды, более этичного поведения и т. п.

2. Противопоставление фундаментального и обыденного. Этот прием используется, в частности, в знаменитом коане «Три фунта льна», вызвавшем много споров и толкований.
-------------------
1 Плоть и кость дзэн. Калининград, 1992. С. 109.


Наставник Тодзан взвешивал лен, когда монах спросил его: «Что есть Будда?». Тодзан ответил: «Этот лен весит три фунта».

Мы разделяем ту точку зрения, высказанную рядом комментаторов, согласно которой смыслом данного коана является намерение учителя отвлечь внимание монаха от подобных сложных, фундаментальных для буддизма проблем и направить его ум на постижение сущности самых обыденных вещей, поскольку именно в них, согласно этому учению, и заключается все самое существенное и фундаментальное, в том числе и природа Будды. Такой подход вырабатывает совершенно иное отношение человека к миру обыденного. Оно содержит в себе божественное, а не писания и чьи-либо рассказы. Нужно самому стараться найти это божественное, фундаментальное.

3. Противопоставление реального и представляемого, воображаемого. В этом случае соотносятся, с одной стороны, какие-либо реальные явления, события и т. п., а с другой -представления о них, существующие в сознании, воображении. Цель коанов на этот раз - показать ошибочность вторых феноменов. Вчитаемся, например, в коан «Вымой миску».

Монах сказал учителю Дзёсю:
- Я только что пришел в ваш монастырь. Пожалуйста, учите меня.
- А ты уже поел рисовой каши? - спросил Дзёсю.
- Поел,— ответил тот.
- Так вымой лучше миску, - сказал Дзёсю. В этот миг монах обрел просветление
.

Монах представлял себе процесс усвоения системы чань как сложную работу по изучению глубоких, эзотерических знаний. Но учитель своим советом показал, что действительное усвоение этого учения состоит в правильном, аккуратном, добросовестном выполнении обычных повседневных дел.

Из другого коана - «Борьба с привидением»1 - следует, что этим приемом можно избавить человека не только от заблуждений и иллюзий, но даже от галлюцинаций. Из этого коана
-------------------
1 Плоть и кость дзэн. С. 74-75.


видно, как побуждение человека к выполнению какого-то реального действия, результат которого предварительно ему неизвестен, помогает освободить этого человека от навязчивых образов. Реальное вытесняет воображаемое. А исключает не-А.

4. Переход от одного поступка к противоположному. Ярким примером использования данного приема является коан «Задул свечу».

Токусан изучал дзэн под руководством Рютана. Как-то раз, придя вечером домой к учителю, он долго задавал ему вопросы. Рютан сказал ему: «Уже глубокая ночь, почему бы тебе не отдохнуть?».
Токусан поклонился, и, открыв наружную дверь, заметил: «Уж очень там темно». Рютан предложил ему в дорогу зажженную свечу. Едва лишь Токусан взял свечу, как Рютан ее задул. В этот миг ум Токусана раскрылся. «Чего ты достиг?» - спросил Рютан. «Отныне, - сказал Токусан, - я не буду сомневаться в словах учителя».


Поступив таким противоречивым образом, Рютан сначала выразил готовность помочь человеку в трудной ситуации, но затем наказал его, сочтя провинившимся. Так один поступок был противопоставлен другому. Подобное противопоставление нередко совершалось учителями чань в качестве воспитательного средства. Оно же порой использовалось и в качестве приема оценки чьего-то поведения: противопоставляемый поступок или соответствующее умозаключение указывали на ошибочность предыдущего поступка, образа действий и т. п. и нивелировали его. Даже сам Будда поступал именно таким образом. Он проповедовал сорок девять лет и за это время нашел, что не было нужды говорить и одного слова.

5. Противопоставление высказыванию контрвысказывания. Суть этого приема заключается в том, что высказанному кем-либо соображению противопоставляется противоположное высказывание. Таким способом формулируется новая мысль, новая идея, которая, в свою очередь, может стимулировать дальнейший мыслительный поиск. Так поступил, например, наставник Цяньшань, о чем рассказывается в коане «Истинный человек без места».

Наставник Линьцзи учил, что в нашей плоти есть истинный человек, который не имеет местопребывания, но часто входит и выходит через наше зрение, слух, обоняние, осязание, вкус и разум. Другими словами, каждый раз, когда вы думаете, смотрите, слушаете и прочее, вы порождаете активную чувственную жизнь. Если нет этого самопробужденного человека, то нужно лишь открыть око сердца и всмотреться в себя... Наставник Цяньшань спросил: «А почему его не называют неистинным человеком без места?».

6. Использование инверсии. Этот прием используется в коанах или в форме перестановки субъекта и предиката высказывания или в форме перестановки высказываний в комбинации из двух высказываний. Цель такой операции - представить иной, противоположный взгляд на то или иное явление, свойство и т. п., на роль и значимость элементов таких корреляций. Вот, например, как это представлено в следующем коане.

Кёсэй однажды спросил у монаха, что за шум раздается за дверью. Монах ответил, что там змея заглатывает лягушку. «Я думал, что жизнь - это страдание, а оказывается, что страдание - это жизнь», — ответил Кёсэй.

С помощью инверсии может быть сформулирован новый и притом достаточно глубокий вопрос. Так, отталкиваясь от исходной фразы, чаньский мудрец спрашивает: «Все вещи возвращаются к единому; к чему же тогда возвращается единое?»

7. Использование двусмысленных слов или действий. Этот прием довольно часто используется мастерами чань. С его помощью достаточно легко поставить человека в затруднительное положение, вызвать в нем непонимание, недоумение, вопрос и тем самым побудить к интенсивной умственной работе или проверить его способность чаньского понимания событий и явлений, как это, например, делал наставник Ли-цзун.

Однажды глубокой ночью чаньский учитель Ли-цзун встал у входа в монашескую опочивальню и громко закричал: «Вор! Вор!». Все монахи страшно переполошилисъ, а один монах-ученик выскочил наружу. Тут Ли-цзун и схватил его, воскликнув: «Я поймал вора!». Монах-ученик воскликнул: «О чаньский учитель! Вы ошиблись. Это не вор, это я!».

Ли-цзун вкладывал в слово «вор» иной по сравнению с общепринятым смысл. Под вором он понимал вора внутри человека.

Разный смысл можно вкладывать и в какое-либо действие и благодаря этому добиваться желаемого результата вопреки намерениям собеседника. Так, например, поступил мастер Банкэй в коане «Повиновение»1 по отношению к своему оппоненту и тем самым доказал свою правоту. На этом примере видно, как с помощью данного приема ситуация может стать ироничной: оппонент, утверждающий, что он не повинуется мастеру, в действительности попадается на его хитрость и проявляет повиновение. Таким образом, одной из целей коанов является намерение побудить собеседника думать или действовать иначе и даже противоположным образом, по сравнению с его собственным намерением.

Вследствие двусмысленности слов при толковании коанов может получиться так, что за сущностное, глубинное в явлениях будет принято внешнее, поверхностное. Проиллюстрируем это таким коаном. Когда учителя чань Басо спросили: «Что есть Будда?», он ответил: «Этот ум - Будда». Многие ученики поняли слово «этот» как обычный, рассудочный ум, которым люди руководствуются в повседневной жизни, а не особый чаньский ум, направленный на постижение подлинной, глубинной природы бытия. Опираясь на свое понимание «этого ума» ученики по отношению к самому Будде поступили так же поверхностно, приняв за главное в нем его внешние черты. Комментатор коанов Мумон так описывал характер восприятия этими учениками образа Будды: кто понял это таким образом, «тот носит одежду Будды, ест пищу Будды, произносит речи Будды, ведет себя, как Будда, он - Будда. Но этот случай заразил многих учеников формализмом. Кто понимает это верно - тот, сказав слово «Будда», три дня будет мыть губы, а услышав, что этот ум - Будда, заткнет уши и сбежит»1.
-----------------------
1 Плоть и кость дзэн. С. 28.


III. Подмена какого-либо феномена его противоположностью. Этот способ построения коанов реализуется также с помощью определенного набора приемов. Охарактеризуем некоторые из них.

1. Отнесение вопроса к противоположному корреляту. Всякий вопрос может быть отнесен к определенному объекту, т. е. к тому, что является предметом этого вопроса или признаком предмета. Например, вопрос «Как выглядит твой лик?» относится к такому предмету, как лик, и к такому его признаку, как его вид. Такой способ задавания вопросов можно называть обычным, адекватным. Но вопрос может быть задан парадоксальным образом. Его относят не к соответствующему предмету, а к его противоположности. А такая противоположность оказывается чем-то невероятным: предмет или отсутствует, или становится чем-то трудно представляемым. Тут-то и следует обращаться к чему-то загадочному, неестественному, переориентироваться в сферу явлений иного рода. Такими являются, например, следующие вопросы, встречающиеся в коанах: «Каким был твой лик первозданный, когда твои родители еще не произвели тебя на свет?». «Где ты будешь находиться, когда твое тело будет кремировано и пепел развеян по ветру?». Ясно, что в этих случаях речь идет об ином лике по сравнению с обычным (о вечном, духовном облике человека) и об ином «Ты» (о духовной ипостаси физического «Ты»), Эвристическая значимость подобных вопросов состоит в том, что они могут выводить мышление к иным типам объектов и явлений, противоположным по своей природе известным типам.

2. Представление чего-либо в ином виде. Своеобразие этого приема состоит в том, что у некоторого феномена мысленно исключаются какие-нибудь его черты, признаки, элементы. В результате этой операции данный феномен приобретает иной, а то и противоположный вид. Теперь его содержание количественно беднее, но зато определеннее, более выпукло и
-----------------------
1 Плоть и кость дзэн. С. 130.


четко проступают оставшиеся признаки. Поэтому теперь легче проникнуть в его глубину, в его суть. Феномен приобретает новый смысл, новый статус, раскрывается его истинная природа, скрывавшаяся ранее под слоем поверхностных характеристик.

С помощью этого приема в одном из коанов раскрывается духовная сущность патриарха Бодхидхармы. В этом коане есть вопрос: «Почему у Бодхидхармы нет бороды?» Кацуки Сэкида пишет: «Фигура Бодхидхармы берется для изображения чистой Дхармы. И обычно его рисуют с бородой. Подлинная цель коа-на - сказать, что истинная дхарма не имеет не только бороды, но также и глаз, носа, рта, лица, рук, ног, тела... Абсолютная изоляция - это не что иное, как абсолютное самадхи (концентрация. -А. М)»1.

В научном познании этот прием также часто используется. Он реализуется посредством методов абстрагирования, упрощения, идеализации. Эти методы как раз и позволяют проникнуть в суть явлений, объединить множество частных форм явлений в более широкие классы.

3. Изменение смысла поступка на противоположный. Смысл поступка - это, прежде всего, его этическая ценность: полезен он или вреден, благотворно или негативно влияет он на моральное состояние людей, может ли он использоваться ими в качестве положительного или, напротив, отрицательного символа? С позиции этих критериев тот или иной поступок может быть оценен и как положительный и как отрицательный. Именно так поступает автор коана «Верные друзья».

Много лет назад жили в Китае два друга. Один из них умел замечательно играть на арфе, а другой умел замечательно слушать. Когда первый играл или пел о горе, второй мог сказать: «Вижу впереди гору». Когда один музицировал на тему воды, то другой мог воскликнуть: «Вот струится поток!» Но однажды этот слушатель заболел и умер. Его игравший друг перерезал струны своей арфы и никогда больше не играл. С тех пор перерезание струн арфы навсегда осталось символом близкой дружбы.
----------------------
1 Дзэн-Буддизм. Судзуки Д. Основы Дзэн-Буддизма. Кацуки С. Практика Дзэн. С. 548-549.


Перерезание струн арфы обычно считается негативным поступком. Но в данном случае он связывается с фактом верной дружбы, потому и становится символом с положительным смыслом.

Смысл чего-либо может быть изменен и путем переноса акцента с одного признака явления или объекта на другой. Тем самым эти феномены могут быть представлены в ином виде, статусе, облике. Это возможно потому, что явления и объекты многолики, многогранны, включают в себя противоположные характеристики. Это и позволяет в случае необходимости рассматривать явления, представлять их с разных, в том числе и противоположных, сторон, нейтрализовать какую-нибудь одну сторону, выдвигая на первый план другую. Именно с помощью такого приема построен коан «Дети Вашего Величества».

Ямаока Тэссю был учителем императора... Его дом служил пристанищем бродягам. Он даже не имел другой одежды, кроме той, что была на нем - это все, что они ему оставляли. Видя, как он обносился, император дал ему денег на новый костюм. На следующий день Ямаока снова явился в старой одежде. «А что же случилось с новой одеждой, Ямаока?» - спросил император. «Я отдал ее детям Вашего Величества».

Назвав бродяг детьми его величества, Ямаока избежал гнева императора.


4. Замещение понятий метафорами. Коан и заключенная в нем тем самым парадоксальная ситуация могут быть построены путем такого замещения, после чего действия, которые могут быть отнесены к предмету понятия, соотносятся с собственным значением метафоры. Обратимся, например, к коану «Посох Басе».

Басе сказал ученику: «Если у тебя есть посох - я тебе его дач. Если у тебя нет посоха-я его у тебя заберу».

Под посохом в этом коане подразумеваются ум, мысль, мышление. Это следует из комментария Мумона, который говорит, что этим посохом он все миры измерит, что этот посох приносит свет учения. Ясно, что делать все это могут именно ум, мысль. Тогда смысл коана представляется таким образом: если у тебя есть ум, то я научу им пользоваться; если у тебя нет ума, то я не буду тебя учить. Расшифровка метафоры, следовательно, разрешает парадокс. Данный прием широко используется мастерами чань, так что можно сказать, что одной из черт коанов является их метафоричность. Именно она в большой степени придает коанам загадочность, двусмысленность.

5. Подмена адекватного ответа неадекватным. Этот прием использовался учителями чань, когда они не хотели прямо отвечать на вопросы учеников и отвечали неадекватно. Тем самым они хотели выразить какое-то особое отношение к монахам или к предмету вопроса. Знаменитый чаньский наставник Уммон на вопрос ученика «Сколько Вам лет?» ответил: «Семью девять - шестьдесят восемь». «Что значит "Семью девять - шестьдесят восемь?"» - спросил монах. Уммон ответил: «Я добавил пять лет для тебя».

Блайс толкует этот ложный ответ как намерение Уммона проявить свое неуважение к монаху, чем-то заслужившему это.

6. Совершение поступков, противоположных норме. Таким приемом учителя чань выражали какую-либо особую мысль, старались передать ученикам какое-то важное духовное послание. Это видно, например, из коана о необычном поступке наставника.

Бинно попросил у Радзана прочесть в храме первую проповедь. Радзан поднялся на кафедру, снял с себя мантию, затем простился с монахами и ушел. Бинно догнал его, взял за руку и сказал: «Встреча на Священной горе была такой же!». «А я-то думал, ты вполне обычный человек» - ответил Радзан.

7. Перенос действия с предмета на представление о нем. Суть этого приема состоит в следующем: какой-то человек, говоря о чем-либо, оперирует представлениями об этом. Другой же соотносит с этими представлениями реальные действия, как если бы речь шла о самих предметах. И, основываясь на этом, данный человек наделяет первого физическими свойствами, соответствующими непосредственному обращению с предметами. Именно такой прием был использован учителем Сэкито при построении следующего коана.

Сэкито спросил у прибывшего монаха:
- Откуда ты пришел?
- Из Кодзэя.
- Ты видел великое дерево Ба?
- Видел.
- Что можно сказать, если сравнить дерево Ба вот с этим? - спросил Сэкито, указывая на пень, находящийся поблизости. Монах не отвечал. Тогда мастер спросил:
- Ты видел пень и молодые побеги дерева Ба. Какие они были?
- Огромные.
- Какой же ты Геркулес, однако!
- Почему?
- Как не назвать тебя Геркулесом, если ты принес с собой огромный пень дерева Ба?

8. Замена слов жестами или поступками. Нередко учителя чань в своей практике использовали вместо слов какие-нибудь действия, поступки, жесты. Это делало выражаемые таким образом мысли особенно трудными для понимания, но зато требовало от учеников большого напряжения умственных способностей. Такой способ общения отразился в целом ряде широко известных коанов, выглядевших по этой причине особенно парадоксальными. Ученикам приходилось немало потрудиться над разгадкой их смысла.

В коане «Опрокинул вазу» говорится о том, как наставник Хякудзё поставил перед учениками на пол вазу с водой и спросил: «Кто сможет сказать, что это, не называя его?» Вместо слов нужно было совершить такое действие, которое проявило бы характерные признаки данной ситуации. Ответ нашел повар. Он пошел в сторону вазы, опрокинул ее ногой и вышел из помещения. Тем самым он показал, что этот предмет, стоящий на полу перед входом, представляет собой препятствие.

Подобные формы общения демонстрируют то предпочтение, которое учителя чань отдавали поступкам и действиям по сравнению со словами. Мумон писал: «...По правде говоря, у слова нет силы. И даже если та гора внезапно морем станет, словами все равно сознанья не раскрыть»1.
---------------------
1 Плоть и кость дзэн. С. 127.


То, что происходит в сознании, в душе, по мнению чань-буддистов, трудно выразить словами. Во многих случаях последователи чань противопоставляли словам жесты, движения различных частей тела. В итоге в этой среде сложился своеобразный эзотерический язык.

Основной принцип построения коанов. После проведенного анализа способов построения коанов этот принцип становится вполне очевидным. Это принцип контрарности. Он заключается в соотнесении противоположностей, в построении структур, содержащих противоположные, контрарные элементы. Соотнесение именно таких элементов и позволяет создавать парадоксальные ситуации. Поэтому первой установкой процесса исследования коанов должен быть контрарный подход: выявление противоположных элементов в коанах, определение характера их соотнесения (соединения, противопоставления, подмены) и распознавание конкретного приема, реализующего это соотнесение. Все эти операции выступают в качестве первичных шагов при истолковании коанов. Благодаря тому, что в основу структуры коанов кладется принцип контрарности, исключается полный произвол в подборе их элементов. Они должны представлять собой оппозицию, состоящую из противоположностей. Таким образом, первой и определяющей чертой логики коанов является отношение контрарности между их элементами - между вопросом и ответом, утверждением и отрицанием, между содержательными элементами коана и т. д. Из этого можно сделать первый методологический вывод, имеющий большое значение для разрешения парадоксов, содержащихся в коанах. Искомый элемент должен представлять собой противоположность какому-то элементу коана, данному в нем явно или неявно. Проблему, однако, сразу не удается решить, поскольку не всегда просто определить, какой из имеющихся элементов следует выбрать в качестве искомого коррелята реконструируемой оппозиции. Отношение контрарности может проходить внутри коана по разным линиям и планам, из которых нужно отобрать более подходящий для ответа. Часто, например, неясно, в каком аспекте, в какой роли, функции или статусе следует рассматривать известный элемент. И поскольку таких характеристик у подобного элемента может быть несколько, то и предполагаемых решений также будет некоторое количество. Поэтому нужно искать еще и другие необходимые предпосылки правильного решения. Коаны, как и научные проблемы, подчиняются достаточно известным и весьма продуктивным стратегиям решения. Это движение в процессе поиска искомого от общего к частному или, наоборот, от конкретного к универсальному, от фундаментального к обыденному и т. п. Описанные выше приемы построения коанов также можно использовать в качестве стратегии поиска их решения. Поскольку в них указаны типы противоположных феноменов, то это может помочь определить тип искомого элемента коана, что будет подсказкой в его поиске. Например, если мы установили, что типом данного в коане элемента является «фундаментальное» или «реальное», то типом искомого элемента будет, соответственно, «обыденное» или «воображаемое».

После установления основного принципа, заложенного в структуре коанов, их можно определить как краткие содержательные структуры, построенные на основе того или иного вида контрарности. Кстати сказать, что и все учение чань базируется на этом принципе - на единстве или противопоставлении противоположностей. Это, в частности, следует из коана «Единственная в жизни улыбка».

До самого последнего дня своей жизни учитель Мокугэн не улыбался. Когда настало время ему уходить, он сказал ученикам: «Вы проучились у меня больше десяти лет. Покажите мне, как вы по-настоящему понимаете дзэн. Кто выразит это особенно ясно - станет моим преемником и получит мою одежду и чашку». Все молча смотрели на суровое лицо Мокугэна, никто не отвечач. Вдруг к постели приблизился Энчо, ученик, долго уже пробывший с учителем. Он молча придвинул к нему чашку с лекарством. Таков был его ответ. Лицо учителя еще больше посуровело. «И это все, что ты понял?» - спросил он. Энчо протянул руку и отодвинул чашку назад. Прекрасная улыбка преобразила лицо Мокугэна. «Ну, плут, - сказал он Энчо. - Ты проработал со мной десять лет, но еще не видел меня раздетым. Возьми одежду и чашку. Они твои».

Передвижение чашки впред, а затем назад, т. е. демонстрация пары противоположностей как раз и выражает, символизирует этот принцип.

 

3. Взгляд на мир сквозь принцип контрарности

 

Контрарность объектов и явлений действительности.


Принцип контрарности лежит не только в основе логики коанов, но и в основе отраженного в них взгляда чань-буддистов на чувственно воспринимаемый, эмпирический мир. Контрарный взгляд на мир - это не только способность видеть противоположности в явлениях, но и способность видеть явления противоположным образом, т. е. принципиально иначе, чем это делают обычные люди. Вот пример такого взгляда.

«Будда говорил: "Положение царей и правителей считаю я пылью. Сокровища из золота и драгоценностей вижу я грудами кирпича и булыжника. На тонкие шелковые одежды смотрю я, как на рваные лохмотья. Мириады миров вселенной вижу я крошечными плодовыми семечками, а величайшее озеро Индии - капелькой масла у себя на ноге. Мировые учения воспринимаю я, как магические иллюзии. Высочайшую идею освобождения понимаю я, как золотую парчу сновидения, и вижу священный путь просветленных, как возникающие в глазах световые пятна» 1.

Какие же противоположности и взаимоотношения между ними увидели мастера чань-буддизма в окружающем мире и отразили в коанах?
--------------------
1 Плоть и кость дзэн. С. 97-98.

Противоречивость явлений.


Чань-буддисты хорошо усвоили диалектическую мысль о том, что всякая вещь является чем-то одним и в то же время другим, т. е. она контрарна, двуполярна, противоречива. Конъюнкция (А есть р и -р ) была и остается для них одним из основных онтологических и логических принципов. «...Меч, убивающий человека - одновременно спасает его»1, - писал в XIII веке Мумон.

Принцип контрарности учителя чань распространяли и на более фундаментальные явления. Так, время в их понимании представляет собой одновременно и миг, и беспредельность. Тот же Мумон пояснял это следующим образом:

«В осознании мгновенном время постижимо.
Время беспредельное - это словно миг.
И сумевший охватить мига беспредельность
Осознает и того, кто это постиг»
2.

Контрарной является и таковость вещей (татхагата), т. е. их самобытная природа, форма. Об этом говорит коан, запечатлевший спор Хогэна (X век) с одной из сутр: «В сутре Конгокё говорится:

«Тот, кто видит форму как не-форму, видит Татхагату.
- Тот, кто видит форму как не-форму, не видит Татхагаты, - сказал Хогэн»
3.

Блайс, комментируя эти противоположные взгляды, в конечном счете воссоздает характерный для чань биполярный подход: «Хогэн прав, а сутра нет. Вещь есть не вещь, но это также и вещь. Формы - это не формы, но это также и формы. Все одинаково - и в то же время различно. Это самое чудесное в нашей жизни, высшая проблема философии, и любовь к этому противоречию приводит мир в движение»4.
-------------------
1 Плоть и кость дзэн. С. 115.
2 Там же. С. 141.
3 Золотой век дзэн. Антология классических коанов дзэн эпохи Тан. СПб.: «Евразия», 1998. С. 82.
4 Там же.


Мастера чань обратили внимание на существование особого рода ситуаций, в которых кто-то или что-то находится относительно другого сначала в одном отношении, а затем в противоположном. На этой противоречивости подобных ситуаций были построены некоторые коаны. Вот один из них.

В последний день своей жизни Тандзан написал шестьдесят почтовых открыток и попросил помощника их отправить. После этого он умер. На открытках было написано:
«Я ухожу из этого мира.
Это мое последнее объявление.
Тандзан.
27 июля 1892 года».


Фраза «Я ухожу из этого мира» находилась в согласии с действительностью, когда Тандзан писал ее, но вступила в противоречие с нею, когда она дошла до адресатов и когда ее автор был уже мертв. Аналогичное противоречивое отношение отражено и в коане «Отсутствие сострадания»1.

Эти примеры, показывающие противоречивость неких поступков людей, подводят нас к более общей точке зрения чань-буддистов, согласно которой противоречивость является универсальным свойством человеческой природы. Она присуща как их моральному облику, так и психическим состояниям и поведению. Об этом говорится в коанах «Счастливый голос»2, «Мое сердце горит огнем»3, «Непривязанность к пыли» 4.


В этих коанах обращается внимание на противоречивость не только людей, но и их жизни и всевозможных жизненных ситуаций. «И на званом пире есть яд, и в разговоре и смехе есть копье и щит, и в комнате таятся тигр и пантера, и на соседней улице прячутся варвары»5.
-------------------------
1 Плоть и кость дзэн. С. 30.
2 Там же. С. 49.
4 Там же. С. 82.
5 Уроки Дзэн. Искусство управления. СПб.: «Евразия», 2000. С. 33.


Противоречивая природа людей во взаимодействии с противоречивым характером жизни формирует довольно сложные и такие же противоречивые человеческие судьбы, что не прошло мимо взгляда чань-буддистов (см., например, коан «Сёун и его мать»1). Но, несмотря на влияние множества различных обстоятельств, мастера чань учили своих подопечных умению противостоять этим обстоятельствам, последовательно и упорно стремиться к поставленной перед собой цели. Они приводили в качестве ориентиров примеры подобного образа поведения, запечатлевая их в коанах (например, коан «Издание сутр»2).

Итак, мы видим, что чаньские учителя, внимательно всматриваясь в действительность, и прежде всего в жизнь людей, выявляли контрарные факты и ситуации и таким образом отразили в коанах целый набор достаточно важных и существенных оппозиций. Эти оппозиции явились логической основой коанов. Среди них выделяются (помимо уже указанных выше) такие: «приход-уход», «наличие-отсутствие», «рождение-исчезновение», «внутреннее - внешнее», «добродетель-порок», «должное-реальное», «ожидаемое - осуществившееся иное», «значительное-обыденное», «невероятное-естественное», «исключительное-обычное», «истина-заблуждение», «подлинное-фальшивое». Обнаружение в структуре коанов этих и других оппозиций позволяет сказать, что авторы коанов осознанно или интуитивно опирались на эти корреляции, строя свои парадоксальные истории и тем самым вносили в них определенную логику. Мы же при истолковании коанов можем опираться на эти соотношения и при обнаружении одного из элементов делать вывод о том, каким должен быть его противоположный коррелят. В данном случае правилом рассуждения будет: А предполагает, имплицирует не-А. Теперь мы видим, что, создавая коан «Три фунта льна», его автор следовал оппозиции: «значительное-обыденное». На основе этой же оппозиции построен коан «Кипарис в саду». А в основе коана «Хлопок одной ладонью» лежит оппозиция «невероятное-естественное». Именно в сфере естественного следует искать разгадку этого коана. Таким естественным будет отсутствие хлопка, т. е. тишина.
-------------------
1 Плоть и кость дзэн. С. 38.
2 Там же. С. 54.


Взаимоотношения противоположностей.


В содержании коанов отразилось не только видение их авторами биполярной структуры явлений действительности и знание множества важных оппозиций, но так же и их представления об отношениях между образующими эти оппозиции противоположностями. Иными словами, вне поля их зрения не осталась диалектика этих отношений. Какова она в понимании чань-буддистов, отраженном в коанах? Что из этой диалектики оказалось пригодным для построения этих противоречивых структур?

Авторы коанов видели, что противоположности содержат в себе одновременно и различие и сходство. На этом свойстве противоположностей построен, например, такой коан.

Однажды Кёдзан смотрел на луну вместе с Сэкисицу.
-Куда девается округлость луны, когда она становится полумесяцем или серпом? - спросил Кёдзан.
- Когда луна имеет вид серпа, округлость присутствует в ней. Будучи круглой, луна также имеет вид серпа, - ответил Сэкисицу.


Не все люди могут увидеть сходство таких явлений, у которых на первый план выходит различие. Чаньские учителя помогали монахам смотреть на различное, как на сходное, и говорили о необходимости одинакового отношения к таким явлениям. Такой подход отражен, например, в коане «Убийство»1.

В ряде коанов сходство противоположностей усиливается и доводится до их тождества. Такие противоположности в конце концов сливаются и становятся чем-то единым. Так понимаются чань-буддистами тело и ум. Мумон, например, говорил об этом так:

«Ум лучше осознать, чем тело.
Когда же ум осознан, то
О теле беспокоиться не надо.
А только ум и тело
вместе слились, -
Ты стал свободен. И не хочешь славы»
2.
--------------------
1 Плоть и кость дзэн. С. 73.
2 Там же. С. 113.


Другой чаньский учитель заявлял, что хотя тело, речь и мысль по своим названиям отличаются друг от друга, но их природа остается одной и той же. Это разные имена ума 1. И такие крайние противоположности, как жизнь и смерть, так же одинаковы, если смотреть на них с точки зрения достигаемого буддистами просветления, освобождения 2.

Если идея абсолютного тождества противоположностей, выражаемая чань-буддистами, вызывает возражения, поскольку, в частности, в методологическом отношении она менее продуктивна, то другая идея - идея единства противоположностей - заслуживает одобрения, поскольку оказывается довольно эффективной, так как позволяет построить весьма содержательные и эвристичные коаны. Само единство возможно тогда, когда имеют место противоположности. Это следует из слов третьего чаньского патриарха Сэнцзаня (VI век): «Когда нет ни движения, ни покоя, где пребывать единству?»3

Именно из единства таких противоположностей, как ум и тело, проистекают действия, эмоции, мысли человека. И это отражается во внешней (тело) и во внутренней (ум) ипостасях человека. Когда монах спросил учителя Ракана, есть ли у него традиционное учение, тот ответил: «Посмотри на меня снаружи и изнутри!» Человек совершенен, когда он следует правилам поведения, соединяющим в себе уравновешивающие друг друга противоположности, например: «Жить в миру и при этом не создавать привязанности к мирской пыли...», «Даже находясь один в темной комнате, веди себя так, словно принимаешь высокого гостя», «Выражай свои чувства не более, чем требует твоя истинная природа» и т. п. 4. Гармония, отношение взаимной дополнительности должны существовать и между различными слоями и группами общества. Эта мысль весьма красноречиво выражена в коане «Воины гуманности».
------------------------
1 Великий учитель Син-Юнь. Чаньские беседы. С. 142.
2 Там же. С. 65-67.
3 Золотой век дзэн. Антология классических коанов дзэн эпохи Тан. С. 315.
4 Плоть и кость дзэн. С. 82.


Как-то отряд японской армии проводил учения, и офицеры решили устроить в монастыре Гасана штаб. Гасан наказал повару: «Пусть офицеры едят только ту же простую пищу, что и мы». Военных это рассердило, они привыкли к более почтительному отношению. Один из них, прийдя к Гасану, сказал:
- Кто же мы по-вашему? Ведь мы - воины, отдающие жизнь за родину. Почему же вы не относитесь к нам, как следует?
-А мы по-вашему кто? - сурово возразил Гасан. Ведь мы - воины гуманности и стремимся спасти все чувствующие существа.


Из этого коана видно глубокое понимание чань-буддистами того факта, что противоположные группы людей являются неотъемлемыми и необходимыми частями общества и что благодаря отношению дополнительности между ними это общество становится полным и целостным.

В коанах часто выражается идея динамичности противоположностей, их изменения внутри целого, перехода одной противоположности в другую. «Когда мы прекращаем движение, наступает не-движение; Когда мы отказываемся от покоя, наступает не-покой»1, - говорят чань-буддисты. Во множестве коанов отразился такой фундаментально значимый для действительности, для социальной жизни, для человека процесс, как переход явления, того или иного состояния объекта в свою противоположность. Благодаря такому процессу (и это хорошо понимали приверженцы чань) происходят кардинальные изменения в природе, в жизни людей, в их собственной природе. Особенно большое количество коанов построено на подобных изменениях, происходящих с людьми. Причиной таких трансформаций могут быть как внешние факторы, посторонние воздействия, так и духовная работа человека над самим собой посредством размышлений, волевых усилий, медитации. Результат воздействия последнего фактора описан, например, в коане
---------------------
1 Золотой век дзэн. Антология классических коанов дзэн эпохи Тан. С. 315.


«Огромные волны»1. Вызванные монахом в воображении огромные волны, заполнившие все окружающее пространство, пробудили в нем большую уверенность в своих силах и помогли ему в состязании борцов.

Как в этой, так и в других историях их авторы обращают особое внимание на такой фактор, вызывающий положительные изменения в людях, как доброе, сочувственное отношение к ним. Благодаря этому воры превращаются в добропорядочных людей, обманщики становятся честными. Наряду с добрым отношением человека кардинально изменяется и соотношение добрых дел, о чем, например, рассказывается в истории «Тоннель»2.

Мастера чань утверждают, что в течение своей жизни человек переходит из одной формы своего существования в противоположную не один раз. И при каждом таком переходе перед ним встают вопросы кардинального значения, касающиеся сути его бытия на новом жизненном этапе. Динамика этих переходов описывается в коане «Три преграды Тосоцу».

Тосоцу ставил перед своими учениками три преграды и заставлял учеников преодолевать их. Первой преградой было изучение дзэн. «Цель изучения в том, чтобы увидеть свою истинную природу. Так где же ваша истинная природа? Во-вторых, когда человек осознает свою истинную природу, он освобождается от рождения и смерти. Итак, когда гаснет свет ваших глаз и ваше тело становится трупом — как вы можете освободиться? В-третьих, если вы свободны от рождения и смерти, -вы должны знать, где вы. Итак, ваше тело распадается на четыре стихии. Где вы?»

Исходя из изложенных представлений чаньских буддистов о контрарности, можно ответить на вопрос: когда и вследствие чего она возникает. Ее причиной, во-первых, является то, что всякий предмет, явление, их свойства могут существовать, но могут и не существовать. Так появляются такие пары противо-
------------------
1 Плоть и кость дзэн. С. 31
2 Там же. С. 71.


положностей, как свет и тьма, вещи и пустота, знание и неведение и т. п. Другой причиной можно считать то, что каждое свойство или качество могут существовать в большей или меньшей степени, вследствие чего в действительности имеют место такие противоположности, как быстрый-медленный, высокий-низкий и т. д. Третьей причиной является предрасположенность предметов, явлений к изменчивости. Изменения могут быть как количественные, так и качественные, притом они могут проходить в противоположных направлениях, вследствие чего предметы и явления приобретают противоположные черты. С учетом такого рода трансформаций предметного мира мастера чань-буддизма и формировали содержание своих, изобилующих контрастами коанов.

В заключение параграфа сформулируем определение принципа контрарности в том его виде, в каком он фигурирует в этих парадоксальных структурах и с позиций которого чань-буддисты смотрят на эмпирический мир. Этот принцип таков: относительно А может существовать и находиться с ним во взаимоотношениях не-А. Или иначе: некоторое целое может представлять собой оппозицию А и не-А. Из этого следует, что для того или иного А можно найти противоположный ему коррелят не-А, с которым он образует контрарное целое, оппозицию.

 

Источник:  http://ec-dejavu.net/c-2/Coan.html 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить